Инфляция не в кошельках, а в головах

12:42 8 Апреля 2015

Мы все за последний год стали беднее. Впервые за мою жизнь Киев выглядит угрюмым. Сразу после Майдана думалось, что удастся запомнить и почтить всех, кто отдал жизнь за нашу страну. Эта надежда исчезла вместе со сбитым Ил-76, в котором погибли сразу 49 бойцов. От застреленного «беркутовцами» Сергея Нигояна до обстрела «Градами» Мариуполя – десяток точек невозврата. Переходов на новый уровень безумия.

«На нас проверяют максимально возможную длительность эмм… крайнего удивления», — мрачно пошутил коллега после новости о сбитом Боинге (я перефразировал, в оригинале использовалась нецензурная лексика).

С того времени многое поменялось. Подрыв пассажирского автобуса на мине под Донецком – теперь «чернуха». Просто одна из бессмысленных новостей о ДТП, утопленниках, отравлений грибами или пьяной поножовщине. Информационный шум, способный разве что расшатать нервную систему.

Мне плевать, я теперь выживаю. Не все согласны с этой формулой, но, готов поспорить, она многим приходила в голову. Моральное истощение, падение реальных доходов, постоянное ощущение тревоги – чем не причина уйти во внутреннюю эмиграцию, стать немного эгоистичнее? И знаете, все было бы хорошо, если бы подобный эгоизм делал нас более рациональными. Но это не так. Посттравматическое стрессовое расстройство в том или ином его виде не помогает жить лучше. Я, конечно, — не психолог, и не участвовал в боевых действиях, но способен оценить собственные ощущения и сравнить их с симптомами. Да, я был на Институтской 20-го февраля с фотокамерой в руках, но не лез на рожон и не ощущал опасности. Честно, это не самое тяжелое воспоминание. То, что случилось потом, что долетело ко мне по линиям телекоммуникаций, что месяцами накапливалось внутри – намного хуже.

Бегство от действительности, тревога и повышенная возбудимость стали массовым явлением. Иногда эта троица маскируется под какую-то форму здравого смысла, но факт в том, что мы живем в новой реальности. В ней люди не следят за событиями так плотно, как ранее (бегство от действительности), не готовы к активным скоординированным действиям (постоянное чувство тревоги заставляет сосредоточиться на себе любимом) и истерически реагируют на отдельные новости или даже «вбросы» (повышенная возбудимость). В условиях недоверия к власти – опасный коктейль. В первую очередь для нас самих.

Журналисты, которые могли бы выступить чем-то вроде «подушки безопасности», оказываются между молотом и наковальней. Интерес к их работе снижается, а к провокациям, наоборот – увеличивается. Финансирование сокращается, качество – падает. Замкнутый круг, который может быть разорван только стойкостью гражданского общества. Все мы стали беднее за последний год, но так хочется, чтобы это касалось только денег.

12:42 8 Апреля 2015

Оставить комментарий

Присоединяйтесь:

Последние новости