Политические последствия национализации ПриватБанка: между войной и тишиной

Политические последствия национализации ПриватБанка: между войной и тишиной

Что будет делать Игорь Коломойский без убыточного для него банка, но имея в арсенале группу «1+1 Media» и партию УКРОП?

«Частные акционеры ПриватБанка обратились к Правительству с предложением, чтобы государство в интересах клиентов банка стало его полным собственником. Переходный период начинается с 19 декабря. В Правительстве исходят из того, что принятое им ответственное решение спасло как ПриватБанк, так и всю банковскую систему», – значилось на сайте Кабмина около 23:30 в воскресенье, 18 декабря.

Битва за крупнейший банк Украины продолжается с 2014 года, когда банковская система страны вошла в жесткий кризис на фоне стремительного обесценивания гривны. Национальный банк под руководством Валерии Гонтаревой «лечил» проблемные банки по рецепту: «Не можешь исправить недостатки? Закрывайся». Так в Украине закрыли более 80 банков за последние два года.

Однако этот принцип избирательно обходил ПриватБанк, которому планы по финансовой стабилизации растягивали и «реструктуризировали» еще с 2008 года. Не помогло и рефинансирование Нацбанка уже после смены власти, который выдал более 20 млрд грн стабилизационных кредитов с 2014 года.

Из 180 млрд грн кредитного портфеля Привата, Нацбанк не может найти в банке не менее 148 млрд, которые пошли бизнес-структурам главного, теперь уже бывшего, владельца Игоря Коломойского. Еще год назад МВФ предложил Украине 166 млрд грн в рамках кредита для макроэкономической стабилизации для «программы оздоровления банковского сектора», и отдельно прописал на нескольких страницах требования именно для ПриватБанка.

Политический компромисс

Понятно, что все эти годы баланс банка держался больше на политических договоренностях Коломойского с Банковой, чем на бухгалтерских отчетах. После «медового месяца» губернаторства днепровского бизнесмена в 2014-2015 годах и активной поддержки им ВСУ, настало время «развода». Сначала Коломойского попытались отстранить от «потоков» в «УкрТрансНафта», где он стабильно зарабатывал деньги последние несколько лет, потом отправили в отставку, а затем «притушили» активность лидера партии УКРОП Геннадия Корбана, сослав его на короткое время за решетку.

Под давлением МВФ, украинская власть начала задумываться о национализации Привата еще в конце 2015 года, когда это включили в перечень условий для получения очередного транша международной финансовой помощи. «Размышления» затянулись более чем год, и, опять же, без политики здесь не обошлось.

Первым о политической подоплеке затягивания решения о национализации Нацбанка начал говорить экс-губернатор Одесской области Михеил Саакашвили. Он обвинил днепровского олигарха в выводе денег из банка и заговоре с высшим руководством страны, которое дало ему достаточно времени для «заметания следов».

«Когда им, как снег на голову, неожиданно упал Саакашвили, Коломойский прекрасно понял, что в этой ситуации он может быть полезен. Мои источники на Банковой сообщили, что Коломойскому на Банковой сказали: «Если ты сейчас помогаешь в ситуации с Саакашвили, мы – на твоей стороне». Но эта привязанность может стоить миллионам украинцев последних сбережений», – предупреждал Саакашвили в начале декабря.

Но действительно ли политическое руководство страны до последнего договаривалось с Коломойским, или только радовалось «падению Голиафа» в обмен на определенные гарантии? Политологи утверждают, что национализация стала единственным компромиссным вариантом решения проблемы ПриватБанка.

Будущее Коломойского

«Если бы это был политический конфликт, мы бы увидели политические акции и войну в прессе. Судя по развитию событий, там были компромиссы. Были ли в этом пакете договоренностей политические моменты – неизвестно, но, безусловно, потеря банка существенно уменьшает политический и экономический вес Игоря Коломойского, – считает политолог Владимир Фесенко. – Не исключаю, что в случае продолжения финансовых проблем, Коломойский будет сбрасывать убыточные активы, как ПриватБанк, и это может привести к распаду всей империи».

Ослабление политических позиций Коломойского длится более двух лет. Создание партии УКРОП летом 2015 года было констатацией того, что влиять на политику «под ковром» олигарху стало трудно, поэтому он публично «оформил» собственные политические амбиции.

Политолог Евгений Булавка уверен, что дальнейшие шаги Коломойского будут зависеть от выполнения властями непубличной части их договоренностей вокруг группы «Приват».

«Договоренности бывают разного характера: между партнерами, между победителем и побежденным, между заложником и другой стороной, – приводит пример Булавка. – Дальнейшие шаги Коломойского зависят от выполнения непубличной части этих договоренностей обеими сторонами. Единственное можно сказать точно: влияние олигарха на политику постепенно уменьшается последние 1,5-2 года, поэтому, в случае атак на бизнес, ожидать от него можно чего угодно».

Эксперты называют несомненную примету будущего Игоря Коломойского – продажа группы «1+1 Media».

«Холдинг «1+1» – не бизнес, а информационная вертикаль олигархической империи. Когда ты лишаешься самого большого актива этой империи, необходимость ее информационного обеспечения также отпадает, – считает политтехнолог Алексей Голобуцкий. – Поэтому, если Коломойский начнет продавать «1+1», — это будет признаком того, что он из политики уходит, если нет – вероятно частью договоренностей вокруг Привата стали определенные гарантии УКРОП на следующих парламентских выборах».

Размышляя о перспективах империи «Приват», политологи вспоминают два примера: Индустриальный Союз Донбасса и East One Group Виктора Пинчука. Бизнес-империя бывших «донецких во власти» распалась на несколько самостоятельных бизнес-структур, которые сейчас между собой конкурируют, а вот зять Леонида Кучмы Пинчук сохранил бизнес-империю с «информационным стержнем» в виде мощного медиа-центра при условии невмешательства в политику.

«Возможно, мы видим сейчас закат бизнес-империи Коломойского, – прогнозирует Владимир Фесенко. – Посмотрите на Сергея Таруту, который был одним из самых мощных олигархов, а остался просто бизнесменом-миллионером и немного влиятельным депутатом. Нечто подобное может произойти и с Коломойским».

Сама тенденция «деолигархизации» украинской экономики и политики зависит, в основном, от внешних факторов, в частности, жесткого контроля международных валютных институтов по украинской экономике.

«МВФ и ЕБРР поддержали национализацию Привата и я им верю. Влиять с помощью «ящика» на принятие экономических решений будет все труднее, – говорит Голобуцкий. – Посмотрите, как изменилась в свое время роль Пинчука: бизнес себе оставил, но в политику не вмешивается. Так же должно быть и с Ахметовым, и с Коломойским, и с Порошенко. Вопрос только в том, сколько времени это займет».

Илья Лукаш

материалы рубрики
Телетайп: наесться политики до заворота мозгов Аналитика
Телетайп: наесться политики до заворота мозгов