Молчание Гройсмана: отчет премьера между строк

Молчание Гройсмана: отчет премьера между строк

Дутый рост ВВП

Как говорится в отчете, за год удалось восстановить экономический рост, повысить энергетическую безопасность, реформировать финансовый сектор и начать восстановление строительства инфраструктуры.

Вопреки победным реляциям, мы так и не увидели позитивных изменений в большинстве сфер. В первую очередь это касается фискальной сферы, административного регулирования и судебной системы. По большому счету единственное, чем запомнился год деятельности правительства Гройсмана – это рост минимальной заработной платы, рост единого социального взноса для предпринимателей, а как следствие, дальнейший переход бизнеса в тень.

«Вряд ли эти изменения можно назвать позитивными. В целом правительство Гройсмана идет по накатанной дорожке прошлого состава Кабинета министров», – считает глава Комитета экономистов Украины Андрей Новак.

Действительно, в экономическом блоке особых надежд питать не стоит. В прошлом году рост ВВП составил 2,2%. Да, это рост, но он возник благодаря низкой базе сравнения. Так, по итогам 2014-15 гг. экономика Украины сдулась на 17%. На фоне этого снижения прошлогодний рост выглядят крайне неубедительно, назвать его достижением нельзя.

«Чтобы достичь хоть каких-то результатов, темпы роста должны быть не менее 5%. Все, что ниже этого уровня, говорит о деградации экономики Украины», – считает исполнительный директор Международного фонда Блейзера Олег Устенко.

Такое мнение сопровождает ряд причин. Первая – колоссальные долги, которые висят на шее государства. Они составляют порядка 80% от ВВП. «Мы тратим около 15% ВВП только на обслуживание долгов. Это даже не их выплата, а всего лишь проценты за то, что нам предоставили возможность пользоваться кредитами», – проясняет ситуацию экономист.

Вторым фактором, который указывает на продолжающуюся деградацию, является общемировой экономический рост. Поезд глобальной экономики двигался со скоростью порядка 3% в 2016 году. На этом фоне 2,2% украинского ВВП является не ростом, а отставанием – дистанция между миром и Украиной увеличивается.

«Годовой отчет говорит о том, что правительство не понимает, что вообще происходит. На самом деле в экономике страны все только хуже – темпы роста недостаточны, чтобы утверждать о начале разворота, а благосостояние людей продолжает падать», – вторит экс-министр экономики Украины Владимир Лановой.

На богатство людей влияние сейчас оказывают цены. Об этом мало кто сейчас говорит, но в I квартале у нас сильно ускорилась инфляция. Только в марте цены на потребительские товары выросли на 1,8%. И это после роста на 1% в феврале, который уже тогда аналитики называли слишком высоким. Годовой показатель инфляции ускорился до 15,1% в марте с 14,2% в феврале.

Это следствие тарифной жесткой политики властей. Запаса прочности уже давно нет, поэтому возросшие затраты на энергию производитель закладывает в конечную стоимость продукции, что и выливается в рост цен.

Но самое главное, что не происходят структурные изменения экономической жизни. «Вместо того чтобы привлекать новые технологии и проводить широкую модернизацию, они субсидируют старую угольную энергетику и делают ставку на капиталоемкие и в то же время низкоэффективные отрасли, такие как металлургия, химпром и агропромышленный комплекс», – говорит Лановой.

Для модернизации экономики нужны накопления. А откуда же они возьмутся, если предприятия, как и домохозяйства, все тратят на высокие тарифы и текущие нужды. Ожидать крупных капиталовложений извне также не стоит. Красноречивей любых обещаний здесь говорят данные агентств Fitch и S&P. По их данным, суверенный рейтинг Украины находится на пять ступеней ниже инвестиционного уровня. Кто же будет заводить капитал в страну, где потерять все так же просто, как утолить жажду стаканом воды?

Бюджетные дыры

О том, что долгожданные изменения так и не наступили, свидетельствует также структура доходов и расходов Государственного бюджета, которая осталась без изменений. Намеренно умалчивается огромный реальный дефицит Госбюджета.

Субсидии на услуги ЖКХ – это отдельная тема. Только на компенсацию высоких тарифов неимущим выделяется порядка 50 млрд гривен в год. А ведь это серьезная сумма, за счет которой можно не то что модернизировать, а создать с нуля целые отрасли экономики.

Национализация одного Приватбанка обошлась бюджету в 160 млрд грн. И эта цифра неокончательная, поговаривают, что сумма долговой нагрузки может составить 190 млрд грн. Эти долги можно покрыть только за счет дополнительных выпусков облигаций внутреннего госзайма. Но это будут мусорные бумаги, в которые нормальный инвестор никогда не вложится. Они будут интересны только спекулянтам, что создает дополнительные риски для украинской финансовой системы. В правительстве это понимают, поэтому и тянут с решением по выпуску долговых бумаг.

Это внутренний долг, его проблему можно решить дополнительной эмиссией гривны. Но ситуация с внешними заимствованиями еще хуже. Единственные наши кредиторы представлены глобальными финансовыми институциями типа МВФ, Мировой банк, ЕБРР. Подпитка также идет по каналам макрофинансовой помощи со стороны богатых государств или их объединений, таких как ЕС, США, Китай, Канада. Это значит только одно – доверия со стороны частных кредиторов уже давно нет, мы можем полагаться только на безвозмездную помощь. Или финансирование со стороны организаций, в задачи которых входит комплекс мер по стабилизации беднейших национальных экономик мира, таких как украинская.

Что помешало Гройсману и товарищам?

Мы самая бедная страна на Европейском континенте и одна из беднейших в мире. Уровень ВВП на душу населения составляет только 20% от среднеевропейского уровня. То есть мы как минимум в пять раз беднее среднестатистического европейца. Но эта печальная статистика не стимулирует к модернизации нашего уклада.

Преград на пути позитивных изменений уйма. Это и не консолидированная Верховная Рада, где при видимости коалиции ее на самом деле нет. Из этого выплывает и отсутствие политической воли среди членов правительства, которое является зеркальным отображением расклада в парламенте.

Следует также отметить набившую оскомину коррупционную составляющую. Одной из основных преград для качественных изменений оказалась банальная жадность чиновничьей братии. Каждое новшество, любое изменение сопровождается упорным сопротивлением бюрократического аппарата. Желание оставить схемы индивидуальной наживы на всех уровнях государственного управления по-прежнему оказывает доминирующее влияние в ходе очень медленных украинских реформ.

Не стоит сбрасывать со счетов и конъюнктурные игры. Во всех развитых странах члены правительства являются опытными управленцами – специалистами в своих отраслях. У нас же Кабмин состоит скорее из политиков, чем технократов-управленцев. Желание получить политические рейтинги непреодолимо. Модернизационным вектором развития жертвуют в первую очередь именно в угоду шкурным интересам.

«По моему убеждению, цель внедрять серьезные реформы и не ставилась перед этим составом правительства. О каких реформах может идти речь, если для этого нужно внедрять широкомасштабное технологическое обновление, а нам продавать нечего, чтобы поддержать платежный баланс хоть на каком-то пристойном уровне», – считает Лановой.

Старые схемы полностью исчерпали себя, но мы продолжаем уповать, что они снова станут эффективными. В то время как высокие технологии открывают все больше перспектив, мы продолжаем сжигать уголь для получения энергии, зависим от колебаний цен на глобальных рынках металла и зерна. И пока Кабмин играет в политические шахматы, болезни украинской экономики переходят в хроническую форму и ведут страну к летальному исходу.

материалы рубрики
Причины российской военной агрессии: что будет с Украиной после выборов  Аналитика
Причины российской военной агрессии: что будет с Украиной после выборов 
Телетайп: существует ли жизнь после президентских выборов? Аналитика
Телетайп: существует ли жизнь после президентских выборов?
Гройсман изобрел план по борьбе с бедностью украинцев: «бедны те, кто работает» Аналитика
Гройсман изобрел план по борьбе с бедностью украинцев: «бедны те, кто работает»