15 сентября в Таджикистане закончилась операция по устранению генерал-майора Абдулхалима Назарзоды и его сторонников. После завершения перестрелки в высокогорном ущелье Рамит, восточнее столицы Душанбе, нашли тела Назарзоды и еще 11 мятежников. Со стороны силовиков был убит один и еще двое получили ранения. Согласно официальным заявлениям, власти пытались убедить офицера сдаться, но все их попытки были безуспешными – мятежники оказали «яростное сопротивление».

 «Рамитскому сражению» предшествовала серия нападений, которые, по свидетельствам официальных лиц Таджикистана, организовал именно Назарзода, будучи еще замминистром обороны. Вооруженная группа 4 сентября напала на полицейский участок в городе Вахдат в 20 км от Душанбе и на оружейный склад вблизи столичного аэропорта. Тогда погибли 9 полицейских и 17 нападавших. Всего же, по данным МВД Таджикистана, в ходе более чем десятидневной операции ликвидировали 27 и задержали 139 «боевиков».

Официальные лица страны полагают, что оружие Назарзода получил на складах трех воинских частей, к которым имел прямой доступ. Известно, что постфактум против генерала и приближенного к нему полковника Джунайдулло Умарова возбудили уголовные дела по четырем статьям Уголовного кодекса Таджикистана: «Измена государству», «Диверсия», «Терроризм» и «Создание экстремистского сообщества». В МВД утверждают, что генерал Назарзода имел связи с некой Партией исламского возрождения Таджикистана (ПИВТ). Однако не только бывшие коллеги убитого, но и представители этой политсилы отрицают какие-либо связи Назарзоды с партией.

Предыстория

На пути к миру в Афганистане

В 1992 году после распада СССР в Таджикистане началась гражданская война. Она стала логичным следствием нежелания чиновников советской эпохи делиться властью. В результате конфликта, по официальным данным, погибли более 60 тысяч человек, еще более 100 тысяч пропали без вести. 26 тысяч женщин стали вдовами, а 55 тысяч детей – сиротами. В конце концов в 1997 году пятилетняя война завершилась и было подписано перемирие между властью и вооруженной оппозицией. Абдулхалим Назарзода был одним из командиров в так называемой Объединенной таджикской оппозиции (ОТО), которая получила значительную народную поддержку. Он среди прочих попал во власть в рамках 30-процентной квоты для оппозиции. Тогда как Эмомали Рахмон, выходец из коммунистической номенклатуры, находится в президентском кресле с 1994 года.

Удобные манипуляции

Мы уже упомянули, что силовики утверждают о наличии связей Назарзоды с Партией исламского возрождения Таджикистана, которая стоит на идеях исламской демократии. Правительственные СМИ продолжают гнуть эту линию. Но президент пошел далее. Он уверен, что идеологически мятежникам близки идеи джихадистской группировки ИГИЛ. Что интересно, ранее правительство не имело никаких подозрений относительно взглядов одного из высших чинов оборонного ведомства, поскольку Назарзода был уволен с должности замминистра обороны уже после атак 4 сентября. Правда, Рахмон и другие официальные лица не стали слишком акцентировать внимание на этом моменте.

Популярные статьи сейчас

Меган Маркл и принц Гарри оказались «за решеткой»: что произошло

Софию Ротару жестко заклевали в России, концерт под угрозой: подробности скандала

"Вымышленный народ": Ада Роговцева спустила россиян с небес на землю

Путин уготовил ад для пяти областей Украины: что произойдет 1 января

Показать еще

ПИВТ, единственная в Таджикистане политическая сила с религиозным уклоном, была запрещена на государственном уровне в конце прошлого месяца, что вызвало грандиозный резонанс в обществе. Организации дали время самоликвидироваться. Политологи и обозреватели сразу связали мятеж с запретом. Но опять же, представители исламской партии утверждают, что связей с Назарзодой не имели. Единственной зацепкой является то, что ПИВТ также входила в состав ОТО.

Президент Египта против ИГИЛ, «Братьев» и собственного народа

В генеральной прокуратуре недоумевают, почему Назарзода решился на такой шаг. Они утверждают, что он быстро продвигался по карьерной лестнице и жил в достатке. Местные обозреватели отмечают, что генерал-майор уже давно не столь тесно связан с оппозицией. Другие предполагают, что тот только присоединился к другим участникам закулисной борьбы. Но мало кто принял во внимание заявление самого генерал-майора. 6 сентября тот сказал, что для него стали неожиданными аресты бывших членов ОТО, хотя и утверждал, что не имеет отношения к атакам 4 сентября. Более того, незадолго до начала вооруженной схватки Назарзода жестко критиковал ПИВТ и призывал правительство закрыть партию, что ставит под сомнение версию о его связях с религиозной политсилой.

Если нет оппозиции…

В мае этого года Партия исламского возрождения Таджикистана впервые не преодолела 5-процентный барьер на выборах в парламент, тогда как правящая политсила во главе с Рахмоном – Народно-демократическая партия – набрала 62,5% голосов. Помешали ПИВТ или нет, но власть настроена решительно и хочет окончательно разобраться с главным на политической арене страны соперником.

Создай Халифат – разбомби Халифат, или Как Турция расплачивается за собственные глупости

В прошлую среду Комитет национальной безопасности задержал первого заместителя ПИВТ Саидумара Хусайни и двух других важных должностных лиц партии. Все они собирались покинуть страну в разных направлениях с личными целями. Представители ПИВТ также заявили об арестах рядовых членов, об отобранных документах. Главный штаб партии уже опечатан, постепенно закрываются региональные представительства. А в Генпрокуратуре тем временем готовят документы о признании организации террористической. Уже сейчас известно, что более 10 представителей ПИВТ, в том числе Хусайни, ожидают от Генпрокуратуры обвинения по статьям «Пропаганда экстремистских идей», «Организация преступного сообщества» и «Терроризм». Чиновники заявили, что все они связаны с «группировкой Назарзоды». Лидер партии Мухиддин Кабири покинул страну еще несколько месяцев назад. По его словам, с Назарзодой они почти не встречались. Особенно когда тот получил свою последнюю должность.

… начнется радикализация

Правительство противостоит не только партии, но и всему, что напоминает традиционалистский ислам. Недавно произошел скандал, когда выплыла наружу история 23-летнего студента Умара Бобожонова, которого полиция избила за отказ сбривать бороду. Факт пристального внимания правоохранительных органов к мужчинам, которые носят бороды, уже неоднократно предавался огласке. А распространившийся по всему миру ламберсексуализм (т. е. мода на ношение бороды) добавляет еще больше проблем полиции – мода и молодежи Таджикистана не чужда. Сюда же относится и неофициальный запрет на ношение хиджаба. Президент призывает женское население не отворачиваться от традиционных для Таджикистана ярких цветов, но по факту это совсем не защита национальной культуры, а довольно глупая стратегия, которая должна позволить легче идентифицировать сторонников радикального исламизма.

Уйгурская проблема Китая: исламизм против колонизации

Проталкивая идеи светского мышления, избивая таджиков за бороды, власть на самом деле не обращает внимания на реальный источник проблемы. В несвободном обществе, где 99% граждан исповедуют ислам, ПИВТ является для мусульман настоящей отдушиной. Если и ее убрать, радикализация будет идти семимильными шагами. Причем она началась уже давно – ПИВТ была запрещена и в Советском Союзе. Лидер партии Кабири отмечает, что молодежь все больше симпатизирует ИГИЛ. Политологи также уверены, что наличие таджиков в рядах террористических джихадистских группировок бесспорно. Поэтому правительство Таджикистана ищет проблему не там, где нужно. Стоит вспомнить хотя бы историю беглого начальника ОМОНа Гулмурода Халилова, который примкнул к «Исламскому государству». Очевидно, что ограничительная политика, которая распространяется и на мечети, где имамов назначает власть, не способствует эффективной борьбе с радикальным исламизмом.

Выводы

Однозначно сказать, что именно не поделил с властью генерал-майор Назарзода и какие цели преследовал, невозможно. Но его связи с главной оппозиционной силой страны неочевидны, если вообще существовали. Более вероятным видится противостояние уничтожению последних ячеек старой коалиции ОТО. Единственное, о чем можно говорить с большой уверенностью – режим Эмомали Рахмона усердно устраняет демократическую исламскую оппозицию, тем самым еще больше повышая градус в обществе. Вполне возможно, что уже скоро прямая угроза радикального исламизма будет не надуманной, а вполне реальной.