Телетайп: зачем ножки у президентского стула?

Телетайп: зачем ножки у президентского стула?

А как вы думаете, парадоксальные сограждане и прогнозируемые соотечественники, с какой стати Президент Петр Порошенко так возбудился на открытии рядового магазина как бы шведской, а на самом деле голландской фирмы?

Неужели потому, что в юности он мечтал стать не кондитерским, а мебельным магнатом, и осчастливливать украинцев умопомрачительными полками для обуви и крючками для одежды, не говоря уже о стильных мусорных ведрах для офиса?

Или кто-то всерьез воспринимает сентенции ПАПа, что заход в Украину IKEA – это могучий «антикоррупционный маркер»?

В таком случае придется признать, что в России коррупции в 11 раз меньше, чем в Украине, потому что там магазинов IKEA в 11 раз больше, чем у нас. А в отсутствие коррупции в недоимперии как-то не верится.

Да и стоит подождать полгодика, чтобы открылись еще несколько магазинов, и тогда послушать, что расскажет менеджмент IKEA о свободе предпринимательства в Украине.

Как по мне, то просто напоследок сбываются чаяния Петра Алексеевича, ощущающего себя владельцем «акционерного общества Украина»: крупный бизнес приходит к нему договариваться об открытии магазинов. А дальше пойдут — о бензоколонках, ларьках и торговле с лотка. С поклоном земным и дарами богатыми, как в княжеские времена…

юнкер порошенко

Опять же, не забывайте: в обыкновенном стуле, как правило, четыре ножки. А это означает, что на них можно навязать как минимум четыре ленточки. Четыре! А потом их торжественно под телевидение перерезать!

А если взять столовый гарнитур на двенадцать персон, это ж какие необозримые электоральные перспективы открываются!

Короче, приближение выборов действует на кандидатскую публику хуже, чем прямые солнечные лучи на лысину: начинается головокружение вместе с утратой ориентиров и приличий.

Взять, к примеру, Анатолия Гриценко. Поверьте, я искренне желаю Анатолию Степановичу всего наилучшего. Он способен быть вполне эффективным, но членом команды, а не свободным форвардом в офсайде.

Но для этого ему надо выйти из предвыборного аффекта и взглянуть на себя самого взглядом опытного аналитика, а не перезревшего политика с последним шансом.

И тогда он, несомненно, увидит, что идея приглашения начштабом Виктора Балоги (или подобной фигуры) — это стрельба без промаха в собственную ногу. Потому что Балога абсолютно искренен, утверждая, что он человек исключительно Виктора Балоги.

Что бы он ни делал — он всегда будет иметь на первом плане свои личные интересы, на втором — своего фамильного клана, и лишь на третьем — своего клиента.

Тогда зачем, собственно? Неужто Балога сможет договориться, чтобы Андрей Садовый лег под Гриценко, если об этом пока не могут договориться ни Виктор Пинчук, ни даже Джордж Сорос?! Ну-ну…

В стане бывших регионалов — сходные аномальные процессы. Бизнесмен с авантюрным уклоном (или наоборот) Вадим Рабинович пошел в политику на президентские выборы 2014 года при ресурсной поддержке Игоря Коломойского — чтобы разрушить один из мифов кремлевской пропаганды насчет антисемитского характера Революции Достоинства.

И Вадиму Зиновьевичу в политике понравилось! Очень! Еще бы: справедливо поливать в телевизоре всех подряд, да еще и с прибылью!

Но ресурсов: финансовых, медийных, — в политике много не бывает. Тем более что партнер Рабиновича по Оппоблоку Сергей Левочкин не особо рвался закрывать аппетиты партии-тоста «За життя!», растущие быстрее сорняков на грядке. И Рабинович нашел еще одного партнера — Виктора Медведчука.

И теперь, чтобы не упустить перспективный проект, окучивающий податливые головы Юго-Востока и, особенно, Донбасса, Левочкину придется присоединяться к Рабиновичу-Медведчуку, о чем он уже сквозь зубы пробормотал.

Сквозь зубы, потому что у него с Медведчуком в период их совместной работы в АП Леонида Кучмы была настоящая аппаратная война Алой и Белой роз. Крови друг другу они попили литрами, никто так и не победил, но отношения остались, как у двух полюсов магнита.

Не забывайте еще и про Рината Ахметова, который, с одной стороны, выполняет команду своего шефа Петра Порошенко о выводе во второй тур Олега Ляшко, но с другой — готов поддержать Юрия Бойко. Но с Медведчуком ничего общего иметь не хочет. Что называется, «пепел Донбасс-арены стучит в его сердце».

Но уверен, что эти как-то разрулят, чтобы не дробить свой электорат. Регионалы, которые бывшими не бывают, договариваться умеют.

В отличие от демократов и, тем паче, патриотов. Хотя договороспособность необходима именно от них.

Юлия Тимошенко Олег Ляшко

На днях я принял участие в первом заседании «Президентского клуба», сформированного по инициативе Олеся Дония и Союза журналистов Украины. Цель клуба — предоставить трибуну в первую очередь внесистемным потенциальным кандидатам в Президенты. Причем в общении с довольно известными экспертами.

Первыми гостями клуба были Елизавета Богуцкая, Юрий Касьянов и Геннадий Балашов — люди, широко известные на просторах Интернета, но куда менее популярные среди электоральных масс. За исключением, пожалуй, Балашова.

Что характерно: все участники общения сошлись на том, что действующая Конституция Украины не работает и ее надо менять.

Расхождения были лишь в том, начинать с новой Конституции или заняться этим после стабилизации экономики.

То есть тема нового Общественного Договора и Конституции на его основе, поднятая на национальном уровне Юлией Тимошенко, неуклонно становится общенациональным трендом.

На Президентском клубе Балашов примерил на себя роль проповедника о налоговом рае. Богуцкая выступила проводником электронной демократии и прямого народного правления. А Касьянов сам себя определил диктатором и ястребом, который готов вернуть Донбасс военной силой и через два года ликвидировать пост Президента.

Возможно, кому-то из них какие-то странные толстосумы и дадут денег на реальное баллотирование. Но пока они рассчитывают на поддержку населения, как было с волонтерами.

И возникает вопрос: а способны ли подобные несистемные кандидаты, коих будет несколько десятков, договориться между собой, провести внутренние праймериз и передать победителю собранные каждым средства.

Если сложить все пожертвования, то кому-то одному может и хватить.

А вот на всю ораву несистемных — точно не хватит.

И еще об объединительных парадоксах развернувшейся предвыборной кампании.

Думаете, почему Владимир Гройсман заговорил о повышении цен на газ именно сейчас? Это отголоски мучительной торговли между ПАПом и «Нафронтом» о переделе «акций» Украины, пожизненными владельцами которых они себя возомнили. Лидеры «Нарфронта» в обмен на поддержку Президента на выборах хотят увеличения своей доли как минимум до 50%.

гройсман

Но Петр Порошенко не умеет делиться даже проблемами — он их полностью переваливает на других.

Поднимая цены на газ, нарфронтовский Кабмин снижает шансы ПАПа на переизбрание, что должно, по идее, сделать его сговорчивее.

А на кону, напомню, украинская земля стоимостью 120 миллиардов долларов, газотранспортная система Украины на 12,5 миллиардов долларов, ну и прочее, по мелочи еще ярдов на пять. Плюс теневые потоки, контролируемые властью, объемом не менее 10 американских ярдов в год. Что ни говори, а Украина до сих пор — удивительно богатая страна.

И альтернатива проста: либо договоримся между собой мы, граждане Украины, и принудим политиков, начиная с нового Президента, исполнять нашу договоренность о соуправлении справедливой и эффективной державой. Либо договорятся нынешние правители, и тогда IKEA придется специально для Украины осваивать новую ходовую продукцию — стильные дешевые гробы.

Александр Кочетков, аналитик и политтехнолог, специально для «Политеки»

материалы рубрики
Телетайп: кремлевское православие, проклятое место и разборки по-винницки Аналитика
Телетайп: кремлевское православие, проклятое место и разборки по-винницки
Почему развал Европейского союза неизбежен Аналитика
Почему развал Европейского союза неизбежен
За беспределом панов приходит беспредел Колиивщины Аналитика
За беспределом панов приходит беспредел Колиивщины