Инфляция не в кошельках, а в головах

12:42 8 Квітня 2015

Вибачте цей текст доступний тільки в “Російська”. For the sake of viewer convenience, the content is shown below in the alternative language. You may click the link to switch the active language.

Мы все за последний год стали беднее. Впервые за мою жизнь Киев выглядит угрюмым. Сразу после Майдана думалось, что удастся запомнить и почтить всех, кто отдал жизнь за нашу страну. Эта надежда исчезла вместе со сбитым Ил-76, в котором погибли сразу 49 бойцов. От застреленного “беркутовцами” Сергея Нигояна до обстрела “Градами” Мариуполя – десяток точек невозврата. Переходов на новый уровень безумия.

“На нас проверяют максимально возможную длительность эмм… крайнего удивления”, – мрачно пошутил коллега после новости о сбитом Боинге (я перефразировал, в оригинале использовалась нецензурная лексика).

С того времени многое поменялось. Подрыв пассажирского автобуса на мине под Донецком – теперь “чернуха”. Просто одна из бессмысленных новостей о ДТП, утопленниках, отравлений грибами или пьяной поножовщине. Информационный шум, способный разве что расшатать нервную систему.

Мне плевать, я теперь выживаю. Не все согласны с этой формулой, но, готов поспорить, она многим приходила в голову. Моральное истощение, падение реальных доходов, постоянное ощущение тревоги – чем не причина уйти во внутреннюю эмиграцию, стать немного эгоистичнее? И знаете, все было бы хорошо, если бы подобный эгоизм делал нас более рациональными. Но это не так. Посттравматическое стрессовое расстройство в том или ином его виде не помогает жить лучше. Я, конечно, – не психолог, и не участвовал в боевых действиях, но способен оценить собственные ощущения и сравнить их с симптомами. Да, я был на Институтской 20-го февраля с фотокамерой в руках, но не лез на рожон и не ощущал опасности. Честно, это не самое тяжелое воспоминание. То, что случилось потом, что долетело ко мне по линиям телекоммуникаций, что месяцами накапливалось внутри – намного хуже.

Бегство от действительности, тревога и повышенная возбудимость стали массовым явлением. Иногда эта троица маскируется под какую-то форму здравого смысла, но факт в том, что мы живем в новой реальности. В ней люди не следят за событиями так плотно, как ранее (бегство от действительности), не готовы к активным скоординированным действиям (постоянное чувство тревоги заставляет сосредоточиться на себе любимом) и истерически реагируют на отдельные новости или даже “вбросы” (повышенная возбудимость). В условиях недоверия к власти – опасный коктейль. В первую очередь для нас самих.

Журналисты, которые могли бы выступить чем-то вроде “подушки безопасности”, оказываются между молотом и наковальней. Интерес к их работе снижается, а к провокациям, наоборот – увеличивается. Финансирование сокращается, качество – падает. Замкнутый круг, который может быть разорван только стойкостью гражданского общества. Все мы стали беднее за последний год, но так хочется, чтобы это касалось только денег.

12:42 8 Квітня 2015

Залишити відповідь

Приєднуйтесь:

Останні новини