Российское информационное пространство массово распространяет заявления разыскиваемого фигуранта дела "Карфаген" Егора Буркина по прозвищу "Мексиканец" и материалы расследования НАБУ. История превратилась в масштабную информационную кампанию, используемую российской пропагандой для дискредитации украинских правоохранительных органов и государства в целом – написал в своем Фейсбуке политический эксперт Александр Чаленко.

- 14 ноября сообщения о Буркине и операции НАБУ "Карфаген" в более широкой подаче активно ретранслировали российские ТАСС, Life.ru, "Украина.ру", "Взгляд", другие издания и крупные Telegram-каналы.

Особое внимание российские медиа уделили утверждениям Буркина о якобы сотнях миллионов долларов взяток украинским правоохранителям, коррупции в силовых структурах и причастности высокопоставленных должностных лиц к прикрытию незаконного бизнеса.

В результате разыскиваемый фигурант уголовных расследований фактически стал одним из главных информационных героев российского сегмента Интернета. А материалы украинского антикоррупционного органа превратились в удобный информационный повод для пропагандистских атак против Украины.

Наиболее тревожно то, что сам Буркин во время интервью признал контакты с российскими спецслужбами, хотя и утверждал, что речь шла о попытке его вербовки.

Это обстоятельство поднимает принципиальный вопрос: российские спецслужбы использовать Буркина, его криминальное окружение и резонанс вокруг дела «Карфаген» для реализации собственных информационных задач. 

По данным исследования InfoLight.UA, только через 21 час после выхода интервью было зафиксировано 1498 публикаций от 957 источников. Аналитики также утверждают скоординированное распространение материалов в российском информационном сегменте.

Фактически дело «Карфагена», независимо от реальных результатов антикоррупционного расследования, стало инструментом российской информационной атаки.

Пока российская пропаганда превращает Буркина и публичные материалы НАБУ в информационное оружие против Украины, общество имеет право получить ответ: была ли эта кампания частью спланированной операции влияния, могли ли ее предупредить украинские спецслужбы и кто будет нести ответственность – убежден И.Чаленко.