Об этом он рассказал в своем блоге.

«11 сентября, когда самолеты террористов врезались в небоскребы и оттуда начали прыгать из окон люди, в результате весь мир объединился, чтобы захватить две страны – Ирак и Афганистан, где прятались эти террористы. Здесь же террористы не прячутся, они по телевизору, они в ООН приезжают. Сколько стран объединятся, чтобы захватить эту страну с террористами и убийцами, чтобы остановить то, как дроны врезаются в дома прямо в центре Киева, из-за чего люди гибнут, выбираясь из окон», – утверждает Михаил Шейтельман.

Кроме 11 сентября, напоминает он, было еще Сараево в Боснии, которое сербы обстреливали из артиллерии, в частности, попали по рынку, где погибли десятки людей, за что НАТО отправило свои самолеты разбомбить позиции сербских военных. Так что интересно, констатирует эксперт, НАТО уничтожит позиции российских военных за обстрел рынка в Киеве или же страх перед россией перевесит.

Попутно он вспоминает еще Лондон, который во Второй мировой войне был в такой же ситуации, как и Киев сейчас. Сначала, рассказывает эксперт, немцы сбросили на один только Лондон 28 тысяч фугасных бомб и много зажигательных, а потом перешли к ракетам, на город упали 2 тысячи крылатых «Фау-1» и 500 баллистических «Фау-2», погибло 30 тысяч человек. Люди, продолжает он, испытывали страх, истощение, была давка в убежищах, недовольство организацией гражданской обороны, но массовой поддержки капитуляции перед Гитлером не было, немецкая стратегия не сработала.

«Зачем россияне сейчас с такой интенсивностью пытаются именно убивать мирных людей в наших городах? И зачем они так массово задействуют именно эти реактивные дроны среди белого дня? Возможно, этот террор сопровождает переговоры по ограничению ударов по энергетике и в Черном море. То есть россияне специально пытаются нас кошмарить, чтобы выцыганить себе лучшие условия, чтобы мы согласились, чтобы показать, что они могут. Может быть, дело обстоит и так», – рассуждает Михаил Шейтельман.

Как сообщала Politeka, Шейтельман заявил, что встречаться с Лавровым на Генассамблеи ООН – это все равно, что встречаться с обезьяной.

Также Politeka писала о том, что Бортник объяснил, почему переговоры закончились ничем: «До декабря изменений не предвидится».