Прошедшие в прошлом году выборы в европейских странах показали рост поддержки различных радикальных партий левого и правого толка. Эту тенденцию подтвердили и выборы в Европарламент, а официальные лица ЕС выразили серьезную озабоченность. Основной «спонсор» роста радикальных настроений в странах Евросоюза — уровень безработицы — начал снижаться. По данным Eurostat, в конце января этого года безработных в ЕС насчитывалось 23,8 млн человек, в том числе в еврозоне — 18,1 млн. За год этот показатель также снизился. Что касается проблемы нелегальной миграции, то ее масштаб уже давно является «подпиткой» для политтехнологических экспериментов над электоральными предпочтениями европейцев. Даже официальные власти «финансового мотора ЕС» — Германии — были вынуждены признать и констатировать ее рекордный уровень. По сравнению с 2013 годом в прошлом — прирост составил 75%.

Но определяющей причиной появления основного «спонсора» радикальных настроений в странах ЕС является рост влияния и численности мусульманской диаспоры. Ни для кого не секрет, что в наиболее успешных европейских странах уже давно действуют чисто исламские политические партии, а во многих городах — мусульманские районы. И накануне выборов с ними необходимо считаться. Январские теракты в Париже обострили противостояние мигрантов и националистически настроенных европейцев. Реакция европейских политиков была лишь рефлексией на неизбежные процессы притеснения интересов исторически коренного населения. Они призвали граждан к миру и взаимопониманию, а канцлер Германии Ангела Меркель была вынуждена заявить, что «ислам является частью немецкой жизни». Практика показала, что Германия  избрала «политический» путь решения «мусульманской проблемы», а Франция продолжает путь жесткой конфронтации. Существование мусульман и коренных европейцев выливается в укрепление антагонизма между ними, который особо остро проявляется в ходе предвыборных кампаний во многих странах Европы. Наряду с этим традиционный европейский избиратель голосовал в первую очередь исходя из внутриполитической и внутриэкономической обстановки своей страны, а общеевропейские проблемы чаще отходили на второй план.

Отличительная черта радикальных сил европейских стран – они против общеевропейского единства

Слишком явные – роль доноров Евросоюза (Германии и Франции) и зависимость остальных членов ЕС. В каждой стране своя специфика и рецепт успешности деятельности радикальных сил, которые не в состоянии объединится в общеевропейском масштабе. До начала войны в Украине этими разногласиями успешно пользовалась Россия. Однако результаты выборов уже этого года в европейских странах дают основания предполагать, что ЕС будет вынужден пересмотреть подходы в формировании общеевропейских ценностей и будущего политики расширения ЕС.

Последний провал во Франции пророссийского «Национального фронта» Марин Ле Пен на местных выборах продемонстрировал, к чему может привести приход к власти радикальных политических сил. Европейцы наконец-то осознали, что их популизм только создает лишние проблемы. Вовремя опубликованная европейскими СМИ информация о том, что режим Путина причастен к финансированию радикальных сил во Франции, послужит сигналом для европейских избирателей. Победа коалиции леворадикальных сил (СИРИЗА) в Греции также усилила неопределенность в единстве Европы и может привести к дестабилизации европейской экономики. Премьер-министр Великобритании Дэвид Кэмерон заявил, что «Греческие выборы усилят неопределенность в Европе. Именно поэтому Великобритания должна придерживаться своих планов, обеспечивая безопасность в собственном доме». Греция уже стала примером для остальных европейских стран – к чему может привести приход к власти антиевропейских радикалов. Недавний визит греческого премьера Алексиса Ципраса в Москву продемонстрировал, что Путин не собирается мириться с неудачами финансируемых им политических проектов и продолжит политику раскола Евросоюза. Лоббисты России в ЕС, уровня руководства Греции, вызвали обеспокоенность и руководства ЕС. Его единство в отношении санкций против РФ остается шатким. Глава Европарламента Мартин Шульц предупредил Алексиса Ципраса, что считает «неприемлемым» любую попытку Афин «пойти против общеевропейской политики в отношении России в обмен на помощь».

В этом году также пройдут парламентские выборы в Эстонии, Финляндии, Португалии, Испании, в Польше (хотя более значимыми являются президентские выборы) и, возможно, в других странах. В отличие от проевропейских – Эстонии и Польши — на «радикальную» погоду сезона-2015 в Европе могут повлиять апрельские парламентские выборы в Финляндии. По прогнозам европейских экспертов, относительно значимую поддержку может получить националистическая партия «Истинные финны» (около 15%), которая с каждыми выборами набирает силу. В Испании дата очередных парламентских выборов пока не определена, но левая оппозиционная партия «Мы можем» на выборах в Европарламент показала потенциал в 8% голосов. Однако самые важные выборы в Европе состоятся 7 мая 2015 года в Великобритании, где наблюдается значительный  рост популярности «Партии независимости» (UKIP), выступающей за выход Великобритании из ЕС. Результата выборов в Великобритании с нетерпением ждут и в Брюсселе, где не могут игнорировать позицию страны, которая становиться прибежищем для стремительно бегущих капиталов из России.

Популярные статьи сейчас

Знойная Седокова устроила интимную фотосессию в постели: "Ну сколько можно?"

Известная украинская певица прервала молчание после смерти сына: "Недавно была годовщина..."

Фаворит Данилко ошарашил печальным известием: "Таблетки не помогают..."

Самая красивая девочка в мире похвасталась идеальным телом: "Аж дух захватывает"

Показать еще

Похоже, политический ландшафт Евросоюза стоит на пороге кардинальных изменений. Серьезные прошлогодние успехи европейских политических партий, исповедующих антимигрантские и радикальные идеи, в этом году не повторятся. Евроскептицизм вряд ли будет доминирующей идеологией ЕС. Каждая европейская страна будет более тщательно соотносить свою политику с общеевропейским фарватером. Особенно взирая на пример украинско-российских отношений и близость военной агрессии к европейским границам.