Никто не хочет воевать

Человек с молоточком, или Беженцы в Европе

На Западе война теряет популярность. Технологии приносят больше прибыли, чем грабеж колоний. Что выгоднее: десятилетиями воевать в Ираке или дома освоить добычу сланцевой нефти? Романтику война утратила еще раньше, лет сто назад: грязь, кровь, безликая смерть – разве это путь к славе? Теперь призыв к войне грозит похоронить будущее любого политика. В США обвинение «он (она) голосовал за войну в Ираке» – одно из самых тяжких в предвыборной борьбе.

Войну вытесняют, держат на расстоянии. Но не все просто. В Европу война приходит насильно, беженцы взламывают границы. Этот вызов грозит основам, ставит под вопрос свободное пересечение границ в зоне Шенгена. Что делать? Последний саммит ЕС хочет удержать беженцев в Ливане, Турции, Иордании. Европа опять откупается, решено выделить €1 млрд на помощь беженцам на Ближнем Востоке. Остановится ли поток? Европа надеется, но не очень верит. «Нужно устранить причину кризиса», – заявляет канцлер Германии Ангела Меркель.

Черт из табакерки

Месяц назад все заговорили об участии России в сирийской войне. Поначалу все выглядело курьезно – русская речь в кадре сирийского ТВ. Теперь доказательства растут как снежный ком. Ведущие западные издания Bloomberg, Financial Times, The Wall Street Journal, The Economist, Foreign Policy ищут кадры съемок со спутника, считают российское вооружение. Итог пока такой. Россия начинает строить две военные базы в Сирии – к югу и к северу от Латакии. Развернуто жилье для 2000 солдат, уже переброшено 200 морпехов, 6 танков, 15 гаубиц, 35 БТРов, 28 боевых самолетов, беспилотники, системы ПВО.

Цифры не поражают воображение, особенно если мыслить в масштабах Второй мировой. Но сирийская война другая, в ней ставку делают на небольшие хорошо подготовленные маневренные группы. Для сравнения: инструкторы США сейчас работают с группой 100-120 человек из числа сирийских повстанцев.

Зачем Путин рвется в Сирию

Россия готовится тщательно. В распоряжение The Economist попали съемки со спутника, свидетельствующие, что Кремль разместил в Сирии истребители, ракеты «воздух — воздух». Это вооружение бесполезно против ИГИЛ, у исламистов нет авиации. Но его можно пустить в ход против ВВС коалиции.

Популярные статьи сейчас

Трамп приказал заморозить помощь Украине: всплыли детали

Меган Маркл засветила лишнее в экстра-мини, пикантные фото: "зажгла на вечеринке"

Звезда "Х-фактора" набросился на задыхающуюся Пугачеву: "Мне больно..."

Влажная Каменских в халатике посветила своими богатствами на камеру: «фантастика просто»

Показать еще

Насильно буду мил

Ход в Сирии возвращает Путина в мировую политику. Будет ли это оформлено как «широкая коалиция», не имеет значения: Россия де-факто уже признана игроком на Ближнем Востоке. Премьер Израиля Биньямин Нетаньяху на этой неделе провел переговоры с Путиным по координации воздушных ударов в целях предотвращения «недоразумений». То же стало предметом беседы министров обороны США и России – Эштона Картера и Сергея Шойгу.

Координация ударов, по логике, требует разграничения зон влияния Асада и оппозиции. Иначе, раздела Сирии. Вероятно, процесс согласования таких зон уже идет. 23 сентября Россию посетил премьер Турции Реджеп Тайип Эрдоган – формально: для открытия Московской соборной мечети.

Очевидно, консультации будут продолжены. Меркель не исключает создания «широкой коалиции» с участием Асада, США, России, Ирана, Саудовской Аравии. Белый Дом, в свою очередь, согласовал встречу Путина с Обамой.

Банка с пауками

Тьма Сирийская: истоки самой жестокой гражданской войны XXI века

Пожалуй, Меркель больше всех на Западе хочет закончить сирийскую историю: по квотам на долю Германии приходится 40 тыс. беженцев. Но сможет ли «широкая коалиция» объединить смертельных врагов?

Дружбы нет даже по одну сторону баррикад. Вернемся к встрече Нетаньяху с Путиным. Премьер Израиля тревожится: попади российское оружие к «Хезболла», против Израиля будет открыт фронт на Голанских высотах. Путин заверяет: Россия всегда вела ответственную политику в регионе. Конечно, дипломатическая вежливость диктует свои правила. Но вряд ли Путин хочет сделать Сирию плацдармом ливанской «Хезболла» и ее друга Ирана. У России свои цели: сохранить военные базы в Сирии. Плюс разменять борьбу с ИГИЛ на Украину. Для этого России нужно выглядеть позитивно – борец с терроризмом! – и союз с «Хезболла» в ее планы не входит. Получается, Россия теперь не просто усиливает Асада, но укрепляет свои позиции при Асаде.

В политике дружба не обязательна. Пример тому антигитлеровская коалиция. Теоретически «широкая коалиция» может быть сформирована на час, до разгрома ИГИЛ. Но практически сомнительно – в действиях игроков в Сирии слишком много анархии. К примеру, в рядах оппозиции воюет «Армия завоевания», командир которой приглашает русских в Сирию: «У нас найдутся для вас тысячи Хаттабов». Вопрос: в случае создания коалиции «Армия завоевания» подчинится дисциплине, будет воевать заодно с Россией?

Наконец, русский солдат

Путин продает Западу миф о русском солдате – выносливом дураке, верном слуге царя. На деле не совсем так. Последнее десятилетие на службу по контракту заманивали высокими зарплатами и льготной ипотекой, о смерти за родину речь не шла – даже чеченская кампания была окончена. Теперь, как пишет «Эхо Москвы», контрактники не хотят ехать в Сирию и бегут за советом к журналистам: скажите, мы можем отказаться? Конечно, кто-то струсит, но кто-то соблазнится деньгами и контингент войск будет сформирован. Но, очевидно, солдаты не будут фанатиками – иначе говоря, на моральном духе войну не выиграешь. Остается превосходство в техническом оснащении. Вот только, судя по опыту СССР в Афганистане и США в Ираке, одного этого недостаточно.

Выводы

Игра в шашки, в отличие от шахмат, азартна, сжата во времени: каждый ход дает мгновенный результат. Такой результат нужен Путину: аншлаг в ООН, встреча с Обамой, снятие санкций. Все быстрее, быстрее, на волне слухов, новизны. Долгосрочная война России не по плечу, но краткосрочный эффект уже достигнут.