Чередование угроз и сладких обещаний все крепче укореняется в разговоре Запада с Украиной: точно так же Джо Байден или Кристин Лагард то ругают за коррупцию, то ласкают, обещают помочь. Какой же посыл скрыт за этой двойственностью?

Почему бунт всегда проигрывает, а революция — побеждает

В критической части всегда звучит одно требование: начинайте реформы. А Украина реформы и не прекращала. «Реформа» — пожалуй, самое избитое слово со времен перестройки. Реформы идут уже тридцать лет. На этот раз «начать реформы» — значит принять 24 закона. Так во всяком случае видит дело украинская сторона: чиновники и депутаты с упоением рассказывают, как работают комитеты, подкомитеты и прочие структуры. А потому есть полная уверенность, что к новому саммиту, то есть к сентябрю, все законы проголосуют. Но принять законы – только полдела.

Поясню на примере. Четыре закона касаются приватизации, точнее, исключения ряда позиций из списка объектов, запрещенных к выводу из госсобственности. Речь идет об объектах АПК, морских торговых портах, некоторых предприятиях (энергетика, электроника, железная дорога). Изменить их статус легко. Но это еще не реформа. Реформа начнется (или нет) в момент выбора покупателя, как выберут — по кумовству или по конкурсу. Вероятность же честного конкурса крайне мала: если президент Порошенко проводит на руководящие позиции в госкомпаниях своих друзей, то отдаст ли он эти госкомпании чужим людям? И в последнем случае эффективность экономики, а равно доходная часть бюджета (то, чего хочет МВФ, лоббируя данные законы), не возрастет.

Отсюда вопрос, удовлетворит ли МВФ, а вместе с ним ЕС (помощь ЕС пойдет синхронно с МВФ) видимость реформ, кипучая работа принтера в Раде? Позволю себе гипотезу: отсрочка саммита дает время не столько нашей стране на реформы, сколько Западу на решение, что делать с Украиной. Ведь фраза «правительству Гройсмана нужно больше времени на реформы» отдает изрядной наивностью, так как допускает, что реформы будут. Но Запад отнюдь не наивен: все аналитики, пишущие об Украине, в один голос признают, что Порошенко не решение, а часть проблемы коррупции, олигархизации экономики, политики, медиа. Иными словами, политическая надстройка, персонифицированная сейчас в президенте Порошенко (как раньше в Януковиче), мешает экономическому базису, не дает экономике быть эффективной. Это данность, а потому нужно решать, работать ли с президентом Порошенко, с таким, каков он есть. Тем самым задается развилка.

Совет Россия-НАТО возобновляет работу: что это значит для Украины

Ответ «да» дадут из геополитических соображений, желания сохранить Украину в орбите Запада. Вероятно, на это надеется Порошено, пропуская мимо ушей требования реформ и с аппетитом подсчитывая обещанную помощь. Благо есть прецедент — страны Балкан, родные братья Украины: тоже олигархи у власти, тоже коррупция и т. п. Но в деле интеграции на Запад им сопутствует успех: Хорватия уже член ЕС, остальные ходят в кандидатах в члены. Еще более успешен процесс вступления в НАТО, куда, кроме Хорватии, входят Албания и Черногория. Западные аналитики объясняют это так: лидеры Балкан научились говорить вещи, приятные Западу, а Вашингтон с Брюсселем – закрывать глаза на авторитарные тенденции, оплачивая тем самым вытеснение России из региона. Почему бы заодно не заплатить Украине? Ведь Порошенко тоже умеет хорошо говорить.

Популярные статьи сейчас

Экс-Nikita в латексе устроила грязные танцы на публику: «Огонь!»

Астафьева выставила свое «богатство» напоказ и устроила грязные танцы: «Это уже слишком…»

Путин пригрозил Зеленскому из-за Донбасса и выдвинул дерзкий ультиматум: "До 31 декабря"

Соколова назвала пять будущих "республик" на территории Украины: "первыми захотят автономии"

Показать еще

Ответ «нет» чреват проблемами для обеих сторон. Трудность для Порошенко понятна, он строит свою легитимацию на дружбе с Западом. Но Западу тоже будет непросто. Вероятный сценарий работы при ответе «нет» (нет реформ – нет помощи) предлагает Джош Коэн в Foreign Policy. Этот сценарий включает:

  • финансовую поддержку общественных организаций, ведущих борьбу за перемены в стране;
  • создание и финансирование СМИ, независимых от олигархов;
  • укрепление позиций агентств «Голос Америки» и «Радио Свобода»;
  • создание штаб-квартир украинских общественных организаций в Вашингтоне и Брюсселе.

Коротко говоря, аналитик предлагает сделать ставку на гражданское общество, которое подготовит замену Порошенко на «демократического лидера». Реакцию украинского президента просчитать нетрудно. Он уже копирует Путина (любопытный синхрон: в Украине лишают права на работу Шустера, а в России меняют руководство РБК, вынуждая его нынешнего собственника миллиардера Прохорова, настроенного излишне либерально, продать канал другому, более надежному лицу). Если же меры Коэна реализуются, в Украине тоже начнут охоту на «иностранных агентов» и прочих врагов «традиционных ценностей». Тогда логика толкнет Порошенко к Путину. Нет, самого авторитаризма мало для дружбы: например, премьер Черногории превращает страну в свою частную вотчину, а вступает в НАТО. Но ведь Запад покупает его любовь.

Из двух вероятных сценариев для обеих сторон предпочтителен первый, в нем меньше рисков, так как «да» ближе к нынешнему статус-кво. Запад будет чуть-чуть подкармливать Порошенко (без иллюзий), удерживая в своей орбите, а также чуть-чуть ругать, чтобы не забывался и много не просил. Тот будет терпеть критику, обещая исправиться и веря, что каждый миллион помощи, приправленный клятвой «я начну реформы», укрепляет его легитимность.