За несколько дней до визита он собрал в Минске около ста российских региональных журналистов и более шести часов рассказывал им как о проблемах в двухсторонних отношениях, так и том, каким образом их следует решать. Лукашенко не скрывал, наоборот, всячески подчеркивал большое количество больших и малых проблем. Более того, была высказана слегка прикрытая угроза в адрес России. По мнению белорусского президента, если Евразийский экономический союз (ЕАЭС) не будет выгоден всем его участникам, в частности, Беларуси, то начнется его дезинтеграция.

Почему грузины простили российское «принуждение к миру»

Тем не менее, Лукашенко демонстрировал уверенность в их разрешимости во время переговоров с Путиным.

«С глазу на глаз сядем и тихонько обсудим все концептуальные вопросы», — сказал он.

В официальных же сообщениях говорится, что в ходе переговоров главы государств «обсудят ключевые вопросы двусторонних отношений, перспективы продвижения евразийской интеграции, а также актуальные международные проблемы».

Предметы обсуждения

Как раз перспективы двухсторонних отношений и евразийская интеграция больше всего беспокоят Минск.

Популярные статьи сейчас

ПриватБанк оскандалился списанием денег с заблокированных карт: "без ведома клиентов"

Пальчевский рассказал о проблеме, которая возникла перед Зеленским: «до 21 декабря»

Украинцам придется платить на сотни гривен дороже за коммуналку: принято фатальное решение

Расстрел в российском колледже: знакомые душегуба выдали страшную правду, "надругались..."

Показать еще

На российском рынке — это почти 50 процентов товарооборота Беларуси — произошел серьезный обвал, была девальвирована национальная валюта, притом существенно, — отметил белорусский лидер. — В связи с этим мы потеряли только за девять месяцев около $3 млрд. Это белорусские потери от девальвации российского рубля.

Москва проводит откровенно протекционистскую политику. И не только в отношении товаров, например, из европейских стран, но и союзников по ЕАЭС. В том числе Беларуси. Это раздражает и обижает Минск больше всего.

«Мы не ищем выхода из ситуации в совместных каких—то действиях, а начинаем обосабливаться, замыкаться в своих национальных рамках. Думаю, это неправильно, — заявил Лукашенко. — В том числе и в экономике. Особенно нам, Беларуси и России. У нас взаимодополняемые экономики. Они не конкурируют по многим направлениям друг с другом. И нам нечего друг от друга «защищаться», отгораживаясь какими-то заборами при поставках белорусской продукции. Мы прекрасно понимаем, кто за этим стоит».

Последняя фраза является ключевой. Она показывает, что, так называемых, союзников многое разделяет. На данном этапе белорусский бацько склонен перенести сложности в межгосударственных отношениях на чиновников российского правительства, которые, вроде бы, не понимают важности экономической и политической интеграции.


Список претензий по экономическим проблемам достаточно велик. В последнее время белорусские чиновники и президент вслед за ними склонны во всем обвинять Россию. Начиная от проблем с поставками молочной продукции белорусского производства, до сложностей с въездом в Россию граждан третьих стран через территорию Беларуси.


Все это меркнет перед самой большой проблемой во взаимных отношениях. Речь идет о поставках нефти и газа из России и продукции белорусской нефтехимической промышленности, которая произведена из нефти и газа соседней страны. Более того, Лукашенко хочет быть равноправным участником разработки российских нефтяных и газовых полей, а также принимать участие в акционировании и приватизации предприятий. При этом в Минске хотели бы получать российские углеводороды по внутренним ценам и иметь право продавать продукцию, в частности бензин, западным соседям по их ценам. Другими словами, добиться от России существенных дотаций для функционирования белорусской экономики.

Произошел ли пророссийский поворот в Молдове и Болгарии?

Тяжелым грузом висит долг Беларуси за поставленный газ, который обе стороны после длительных переговоров признали, хотя в Минске говорят о «недоплате». Урегулированием конфликта занимались вице-премьеры, вроде бы договорились, но соответствующие документы не подписаны. По долгам до сих пор не рассчитались. Наверное потому, что не все белорусскую сторону устраивает. Аналогично не подходит Минску предложение транспортировать нефтепродукты не через порты стран Балтии, а через российские. Путь при этом удлиняется, транспортные расходы возрастают.

Все это накладывает большую тень на процесс интеграции в рамках ЕАЭС. Слишком много вопросов не только у Лукашенко, но также у Назарбаева, президента Казахстана. По понятным причинам, белорусский президент для демонстрации особых отношений с Путиным взял на себя миссию донесения до него проблемы, о которых тот прекрасно осведомлен. Предупреждение, что действовать следует быстрее, бацько высказал на встрече с руководителями правительственных делегаций СНГ и ЕАЭС в конце октября.

назарбаев

Политика лавирования

Принципиальная проблема в отношениях не только между Россией и Беларусью, но всего ЕАЭС состоит в том, что все хотят получать от Москвы экономические преференции, а когда надо, то и прямую финансовую поддержку, но при этом проводить собственную внутреннюю и внешнюю политику.

В Москве же полагают, что «he who pays the piper calls the tune» — кто платит волынщику, тот и заказывает музыку. За какие-то, иногда весьма значительные, экономические и финансовые вливания Кремль хотел бы получить не только словесную и дипломатическую поддержку, а реальное следование в своем фарватере. Вот этого ни в Минске, ни в Астане категорически не хотят. Россия настаивает и прибегает к мерам экономического и финансового воздействия. Наталкивается на сопротивление и все опять повторяется, как уже много раз бывало.

Как «донбасский сценарий» Путина не сработал на Балканах

Два отмеченных подхода принципиально не совмещаются, отсюда и многие проблемы, в том числе в экономике и финансах. Раздражители возникают на, казалось бы, ровном месте.

Уже несколько лет существует договоренность, что страны ЕАЭС осуществляют контроль на внешних границах, а на внутренних он отсутствует. Так и было, но с некоторых пор российские пограничники не пропускают граждан третьих стран, которые хотели въехать через Беларусь. В результате страдает туристическая отрасль и ей сопутствующие. Вопрос рассматривался на встрече министров иностранных дел в Минске. Вроде бы договорились, и глава белорусского МИД Владимир Макей заявил, что «практически по всем вопросам внешнеполитические подходы Москвы и Минска совпадают».

О том, что не обо всем удалось договориться, свидетельствует его фраза о возможности на договорной базе ЕАЭС Беларуси перерабатывать европейскую продукцию и продукты переработки поставлять в Россию. Претензии на этот счет российских ведомств, по его словам, необоснованны. Точно также и по пограничным сложностям. Как сказал белорусский министр иностранных дел, таких проблем в отношениях быть не должно.

Так что слово «практически» не означает, что обо всем договорились. Наоборот, весьма вероятно договориться не удалось, отсюда и обтекаемые формулировки, которые не могут скрыть больших разногласий.


Лукашенко давно освоил политику шантажа России. В обмен на внешнюю лояльность, требовать экономических и финансовых льгот. Однако Москва не склонна и дальше позволять ему такое. У нее самой с деньгами не очень. Теперь за каждый рубль Кремль будет требовать не только словесной лояльности, но и подтверждения ее делами. Например, как Армения, которая создала с Россией Объединенную группировку войск. И это дополнительно к тем трем российским базам, которые уже есть на армянской территории.


Однако даже этого Москве от Минска добиться не удалось. Российская военно-воздушная база в Беларуси так и не была создана.

Запасной аэродром

Несомненно, что визит в белорусскую столицу представительной делегации ЕС во главе с председателем Комитета по политике и безопасности Совета ЕС Уолтером Стивенсом должен был послужить демонстрацией запасного варианта для Лукашенко в случае неудовлетворительных для него результатов переговоров с Путиным.

Как писала белорусская пресса, это «Самый масштабный визит в истории». Конечно, масштабный, если в делегации было 30 человек, в том числе из Европейской службы внешних действий и Еврокомиссии.


Делегация из ЕС встречалась не только с правительственными чиновниками, но также с известными оппозиционерами. Раньше такое случалось очень редко и вызывало нескрываемое раздражение в правительственных кругах. На этот раз ничего подобного не было.


Вот почему европейские гости предложили начать взаимные отношения с чистого листа. Как Лукашенко представляет эту tabula rasa было сказано на встрече с европейской делегацией. Он хотел бы, чтобы западные соседи внесли  «вклад в укрепление экономической независимости Беларуси». Для чего устранить ограничения в торговле и, тем самым, обеспечить доступ белорусских товаров на рынок ЕС, повысить позиции страны в кредитном рейтинге Организации экономического сотрудничества и развития, а также поспособствовать «активизации переговоров о вступлении Беларуси в ВТО».

Дальше пошла политика. Белорусский лидер высказал другую, по сравнению с российской, позицию в отношении ЕС. Он предложил сделать Минск площадкой для переговоров между Москвой и Брюсселем.

Основанием является тот факт, что «Беларусь все больше воспринимается как полюс стабильности в регионе, и в этом нет ничего удивительного, — сказал Лукашенко. — Наша страна – единственная из шести участниц «Восточного партнерства», где отсутствуют военные и замороженные конфликты.

Все это не просто слова. После того как в Минске начался процесс переговоров по Донбассу белорусский президент вышел из дипломатической изоляции, в которую угодил Владимир Путин. Этот фактор бацько использовал и теперь хочет усилить в своих переговорах с Путиным.

Окей Трамп, кто следующий? Где в Европе к власти могут прийти популисты и радикалы

Есть и второй фактор, который постоянно присутствует в отношениях с Россией. То, что сейчас происходит на Донбассе, очень не нравится белорусским властям. Они вполне обоснованно примеряют это на себя. Что может остановить Россию, которой терять уже нечего. Санкции оставят, но не усилят, с ними Москва как-то уже примирилась. Новая агрессия мало что к этому добавит. Вот почему Лукашенко важно показать Путину, что и на Западе у него начали выстраиваться отношения. Без майдана и резких движений.

Есть еще один, уже психологический фактор. Двум авторитарным правителям, таким как Путин и Лукашенко, очень сложно найти общий язык. Внешнюю политику они используют как инструмент сохранения своей власти. Вот здесь и возникают проблемы. У них не выходит не ущемлять интересы друг друга. Возникает психологическая несовместимость, которую с каждым днем все труднее скрывать.

С другой стороны, у Кремля нет особого выбора. В силу ограниченности ресурсов пойти на агрессию против Беларуси он не может и поэтому вынужден искать возможность сосуществования. Но движения производятся. Любая смена власти чревата какими-то опасностями, на это Москва идти не хочет. Лучше уже известный бацько, чем кто-то другой.

Скорее всего, и эта встреча закончится только массой деклараций и красивых слов. Что-то по мелочам Кремль уступит, в чем-то Лукашенко поумерит требования. Но проблемы останутся.


Сложность для белорусского президента в том, что ему некуда приткнуться. К Москве сложно и опасно, к ЕС — проблематично, потому что там выставляют для него неприемлемые требования свободы слова и изменения избирательного законодательства.


Придется пройти между Сциллой и Харибдой. Одиссею удалось, как получится у Лукашенко, будет ясно в ближайшем будущем.

Юрий Райхель