«Дебилы, б**»: как Россия теряет остатки влияния на Ближнем Востоке

19:25 21 Августа 2015

Россия Ближний Восток

Москва стремительно теряет позиции в крайне важном для себе регионе планеты – на Ближнем Востоке. Что само по себе чрезвычайно странно, учитывая традиционно крепкие позиции советской, а затем и российской дипломатии в той части света. Politeka разбиралась, почему так происходит

Немного истории

Окончание Второй мировой войны и начало холодной, конечно же, не прошло мимо «нефтяной бочки» планеты – Ближнего Востока. С самого начала холодной войны (совпавшей по хронологии с началом арабо-израильского конфликта и началом деколонизации региона) все игроки региона ориентировались или на Соединенные Штаты, или на Советский Союз.

Египет после прихода к власти Гамаль Абделя Насера взял курс на построение весьма специфического «арабского социализма» и на дружбу с Советским Союзом. Тут уместно заметить, что Насер больше внимания уделял региональной геополитике, нежели всему прочему. Заветной целью лидера республики было объединение всех арабских стран. А поскольку ничего не сплачивает лучше, чем общий враг, Насер принялся сколачивать антиизраильскую коалицию с Египтом во главе. Так что «дружба» с СССР была для руководителя Египта, награжденного звездой героя СССР, больше средством получить средства и оружие, не более.

Аналогично поступили Сирия и Палестинская автономия. После обретения независимости строить умеренную версию «арабского социализма» принялись Алжир и Тунис. Хотя особых отношений с Советским Союзом у лидеров этих стран и не было. После свержения короля Идриса I и прихода к власти Муаммара Каддафи в орбиту относительного советского влияния вошла Ливия.

С другой стороны Турция, Ирак, Иран и Пакистан под сенью Соединенных Штатов и Великобритании в 1955 году подписали так называемый Багдадский пакт (CENTO, The Central Treaty Organization) – ближневосточный оборонный альянс, такой себе «региональный НАТО». На США и/или Соединенное Королевство стали ориентироваться также Саудовская Аравия и Иордания, а позже – получившие независимость британские протектораты Кувейт, Катар, Бахрейн, Оман и несколько мелких эмиратов во главе с Абу-Даби и Дубаем, объединившихся в конфедерацию ОАЭ. Йемен в ходе межэтнических и межрелигиозных конфликтов раскололся на Северный и Южный, которые стали, в общем-то, объектом даже не большой геополитики, а внутренних арабских «разборок».

Читайте также
Что Саудовская Аравия хочет получить от войны в Йемене

Что касается Ирана, то возглавляемая шахом Резой Пахлеви держава, опираясь на доходы от продажи нефти, провозгласила себя еще одним претендентом на региональное лидерство. Претензии подкреплялись крупнейшей армией в регионе, умелой балансировкой между США и СССР, а также стратегическим партнерством с Израилем.

Описанная конфигурация не была стабильной и постоянно менялась. Так, Египет, проиграв две войны с Израилем, подписал в 1978 году мирный договор с еврейским государством и переориентировался на Соединенные Штаты. С другой стороны, Ирак после серии переворотов и прихода к власти панарабской социалистической партии БААС выбирает просоветскую ориентацию. Иран после исламской революции 1978 года, изгнания шаха и создания теократического государства объявил своими врагами и США, и СССР, провозгласил целью своего существования уничтожение Израиля и ушел в международную изоляцию. Хотя очевидно, что при этом иранские муллы куда чаще критиковали Вашингтон, нежели Москву.

Рост антизападных настроений

В 1980-е, во время советской интервенции в Афганистане, на Ближнем Востоке царят антисоветские настроения, после краха Советского Союза и американской операции «Буря в пустыне» в Ираке – усиливаются антизападные. В 1990-е, когда стала очевидной несостоятельность социалистических идей, в регионе стремительно набирает силу радикальный исламизм. Созданная Усамой бин Ладеном глобальная террористическая сеть «Аль-Каида» провозглашает так называемый оборонительный джихад сначала против «погрязших в грехе и разврате» светских правителей Ближнего Востока, позже – против Соединенных Штатов и всего «растленного Запада». Джихадисты устраивают громкие теракты: в 1998 году взорваны посольства США в Кении и Танзании, в 2000 году – американский эсминец «Коул» в аэропорту Адена. Апофеозом стала атака на башни-близнецы 11 сентября 2001 года.

Вынужденные реагировать на активизацию террора, Соединенные Штаты и Великобритания вторгаются осенью 2001 года в Афганистан. В 2003 году президент Джордж Буш — младший принимает одно из самых неразумных решений: под предлогом поиска оружия массового поражения американские войска начинают военную кампанию против Саддама Хусейна в Ираке.

Заигрывания Кремля с регионом

Читайте также
Цугцванг для Центробанка России, или Почему рубль продолжит падать

Вызванный перечисленными событиями рост антизападных, в частности, антиамериканских настроений на Ближнем Востоке пытаются использовать «новые-старые» игроки – реваншистская Россия и стремительно набирающий силу Китай. Огромным преимуществом этих стран было то, что их правительства не читали местным правителям нотаций о соблюдении прав человека, а бизнес был готов работать с кем угодно и на каких угодно условиях, лишь бы это было выгодно. При этом если Пекин действовал рационально и мудро, действия Москвы были хаотичными, эмоциональными и зачастую иррациональными – порой верх брало стремление насолить проклятому Западу, пусть и в ущерб бизнес-интересам. Наверное, самым ярким примером неразумного поведения правителей РФ была ситуация с Катаром. В этом крохотном, но фантастически богатом эмирате нашел убежище один из лидеров чеченских сепаратистов Зелимхан Яндарбиев. В феврале 2004 года в столице страны Дохе Яндарбиев погиб вследствие подрыва его джипа. По обвинению в убийстве были арестованы двое сотрудников российского посольства, сразу же после чего в РФ по явно надуманному обвинению были задержаны двое спортсменов из Катара. Вспыхнувший скандал удалось погасить, но на планах Кремля по созданию так называемого газового ОПЕК был поставлен крест (Катар является одним из крупнейших экспортеров голубого топлива в мире).

В то же время российская дипломатия достигла ряда успехов в регионе. Были реанимированы и упрочнены связи с режимом Башара Асада в Сирии (в частности, начала вновь использоваться база ВМС РФ в Тартусе – единственная военно-морская база России в Средиземном море). На фоне наложения санкций и международной изоляции Ирана были интенсифицированы контакты с Тегераном, часто – не совсем официальные (в том числе речь шла о поставках оружия и определенной материально-технической помощи в деле освоения «мирного» иранского атома). Более того, играя на страхе Израиля перед Ираном, Москва даже добилась определенного влияния на Тель-Авив, угрожая последнему поставками Тегерану и его сателлитам из «Хезболлы» систем ПВО и прочего высокоточного оружия.

Читайте также
Создай Халифат – разбомби Халифат, или Как Турция расплачивается за собственные глупости

После прихода к власти в Турции умеренных исламистов из Партии справедливости и развития и фактической смены не только политической системы, но и в некоторой степени внешнеполитического курса этой страны, существенно потеплели отношения Москвы и Анкары. Возможно, потому что исламисты, даже умеренные, всегда недолюбливали Запад. А возможно, потому что их лидер Реджеп Таип Эрдоган мечтал стать «турецким путиным» и взял российскую авторитарную модель за образец для подражания. Как бы то ни было, партнерство Кремля и официальной Анкары вылилось в существенную задержку прохождения турецких проливов на пути в Черное море флагмана Шестого флота США в момент нападения России на Грузию; в постоянные разговоры о «Турецком потоке» как альтернативе почившему в бозе «Южному потоку»; в молчаливое признание аннексии Крыма и фактическое предательство родственных туркам крымских татар. Кроме того, ряд экспертов и дипломатов, в том числе представителей Министерства энергетики США, высказывали опасения, переходящие в уверенность, что Анкара заблокирует прохождение через проливы супертанкеров с сжиженным газом, если LNG-терминал в Одессе все-таки будет построен.

Наконец, военный переворот 2013 года в Египте и последующие за ним преследования «Братьев-мусульман» вызвали резкую критику Евросоюза и США. Американцы свели к минимуму дипломатические контакты с Каиром и заморозили предоставление ежегодной военной помощи. Неудивительно, что египетский режим, пребывая на грани финансовой катастрофы, стал лихорадочно искать альтернативу. И нашел ее в том числе в Кремле. Так, в августе 2014 года президент и предводитель военной хунты Египта Абдель Фаттах ас-Сиси встретился с Путиным в Сочи, где лидеры двух стран обсудили углубление сотрудничества в вопросах инвестиций, поставок зерна и туризма. В феврале текущего года состоялся уже визит Путина в Каир, где российскому диктатору устроили особенно шикарный прием. По всей столице были развешаны портреты российского президента, в изобилии звучали слова о нерушимой русско-египетской дружбе, о «новой странице в отношениях» и т. д. Мировые СМИ писали о формировании нового стратегического союза на Ближнем Востоке, о том, что ас-Сиси восхищается Путиным и даже пытается копировать манеры президента РФ. Омрачил визит только гимн России в исполнении египетского оркестра, который больше смахивал на похоронный марш.

На пути к фиаско

Читайте также
Цена нефти: что будет с главной санкцией против России

Серьезные проблемы в российской ближневосточной политике начали проявляться в прошлом году, когда, невзирая на бум добычи сланцевой нефти в США и некоторое сокращение ее потребления в мире, Саудовская Аравия отказалась сокращать добычу черного золота. Аналогичную позицию заняли и другие нефтедобывающие монархии региона, и цена нефти ощутимо пошла вниз. Сторонники теории заговора связали такую позицию саудитов с визитом Барака Обамы в Эр-Рияд в марте 2014 года. Хотя очевидно, что тогда обсуждался совсем другой круг вопросов. Как бы то ни было, цены на нефть упали примерно в два раза, что наряду с санкциями отрицательно сказалось на российской экономике. А давний враг Кремля и друг Украины Джон Маккейн заявил, именно позиция Саудовской Аравии нанесла наибольший удар по экономике РФ, в то время как санкции США и ЕС были явно недостаточными.

Отношения России с Турцией дали трещину в апреле этого года, после того как Путин в Ереване почтил память жертв геноцида армян. Как известно, Анкара очень болезненно воспринимает любые упоминания о трагических событиях весны 1915 года. Турецкий МИД осудил ереванскую речь российского президента, а Эрдоган напомнил Путину Крым и Донбасс. С тех пор все отчетливее пробуксовывает проект газпромовской трубы через территорию Турции, все чаще слышны голоса тех, кто пророчит «Турецкому потоку» судьбу «Южного».

К этому стоит добавить диаметрально разный подход к решению сирийского кризиса. Если Россия наряду с Ираном поддерживает режим Башара Асада, то Турция, Саудовкая Аравия и другие монархии залива едины в том, что Асад должен уйти. (Официальный Дамаск, кстати, сохраняет верность Москве. Проблема в том, что он контролирует от 15 до 30 процентов территории страны. Ни о каком использовании базы в Тартусе, понятно, не может идти и речи).

Не все безоблачно у российских дипломатов на иранском фронте. Если официально стороны декларируют более-менее единые позиции, то на практике никто не знает, какую политику будет проводить Тегеран после снятия с него санкций. Многие наблюдатели сходятся во мнении, что после отмены санкций в Иран хлынет поток нефтегазовых денег и Тегеран вряд ли захочет делить с Москвой роль внешнеполитического изгоя. Не говоря уж о том, что иранские нефть и газ – в принципе головная боль Кремля. Эксперты утверждают: иранские энергоносители обвалят цены на нефть еще минимум на 10 долларов за баррель, а президент Казахстана Нурсултан Назарбаев вообще посоветовал готовиться к нефти по 30 долларов.

Читайте также
Как иранский газ сможет попасть в Европу

Якобы пророссийская позиция Египта вообще оказалась блефом и типичными ближневосточными торгами. Вполне возможно, официальный Каир попросту использовал Москву, чтобы припугнуть Вашингтон. В то же время очевидно, что Соединенные Штаты могут предложить режиму ас-Сиси гораздо больше: финансовое содействие, военную поддержку, помощь с международной легитимизацией. Ситуация прояснилась в ходе визита госсекретаря США Джона Керри в Каир, в ходе которого глава Госдепа заявил о преодолении разногласий и восстановлении стратегического партнерства и размораживания программы военной помощи.

Завершает серию неудач российской дипломатии неудачный визит главы российского МИД Сергея Лаврова в столицу Саудовской Аравии, где подходы сторон к решению сирийского кризиса диаметрально разошлись. Впрочем, можно предположить, что предметом переговоров была не только Сирия: Лавров вполне мог поехать договариваться о стабилизации нефтяных цен. Как известно, российский бюджет перестает сходиться при цене черного золота уже в 85 долларов за баррель. Как бы то ни было, переговоры стали известны широкой публике в основном благодаря фразе Лаврова: «Дебилы, бл*».

Российская дипломатия потеряла один из самых важных, а для нефтезависимой страны-«бензоколонки» – самый важный регион на планете. Потеряла, потому что не смогла сформулировать внятные цели своей внешней политики. Потому что сиюминутное желание сделать другому гадость победило рациональность. Потому что кремлевские правители были абсолютно уверены в своей исключительности, уме и прозорливости, а всех прочих считали (и продолжают считать) идиотами, стоящими на нижних ступенях развития.

А впрочем, все логично. В такой ситуации все, что остается, – тихонько бубнить ругательства себе под нос.

19:25 21 Августа 2015

Оставить комментарий

Присоединяйтесь:

Последние новости