Урок от Пиночета, или Как junta спасла страну

18:44 15 Сентября 2015

chili_pinochet

В эти дни исполняется 42 года с того момента, как чилийские военные взяли власть в свои руки, чтобы остановить сползание страны к хаосу и анархии. В то же время под руководством хунты были проведены беспрецедентные экономические и социальные реформы, выведшие страну из третьего мира в первый. Politeka вспоминает о генерале Пиночете и его деятельности, направленной на спасение и реформирование страны

Так уж повелось, что Латинская Америка – необустроенное место, бедный и криминогенный регион. Даже в бурно развивающихся странах богатство и нищета идут рука об руку: так, в Бразилии, крупнейшей экономике на континенте, роскошные виллы соседствуют с ужасными фавелами, где уровень преступности и процент необразованности просто зашкаливает. В ряде государств процветает производство наркотиков и торговля ими, государственная машина прочно срослась с мафией, а количество дорвавшихся до власти политиков-популистов превышает все разумные и неразумные пределы.

Вместе с тем туристов, впервые попавших в Сантьяго-де-Чили, поражает красота и ухоженность города, где невысокие небоскребы буквально утопают в зелени, по широким проспектам льется поток машин, а по бульварам и торговым центрам прогуливаются довольные жизнью люди. Действительно, Чили – типичная «европейская» страна на южноамериканском континенте, с высоким уровнем жизни людей, образования, здравоохранения и социального обеспечения, развитой инфраструктурой и эффективно работающей правоохранительной системой.

Только вот большинству чилийцев ныне не по душе человек, железной рукой вытащивший страну из третьего мира в первый. «Пиночет – плохой человек, он отнял у нас свободу», — цитирует иностранный турист слова привратника в пятизвездочном отеле Сантьяго. «Возможно, он и реформировал экономику, но он диктатор и о нем не говорят в приличном обществе», — добавляет банковский клерк за бизнес-ланчем в KFC. И почему-то автору этих строк кажется, что не отстрани в свое время военная хунта президента-социалиста Сальвадора Альенде, современные чилийцы в перерывах между office working, шопингом в Wal-Mart и ужином в суши-баре не ругали бы последними словами создавшего современную страну генерала Августо Пиночета. Разумеется, нет: стоя в очереди за продовольственными талонами либо выпрашивая у иностранных туристов хозяйственное мыло и туалетную бумагу, они бы хвалили демократически избранного президента Мадуро. Ну или пламенного революционера Кастро.

Социалистическая революция на марше

Читайте также
«Буря» на Балканах: как 20 лет назад хорваты покончили с Сербской Краиной

До конца 1960-х Чили ничем не отличалась от прочих латиноамериканских стран – бедность, криминал, засилье помещиков-латифундистов. Как и во всех неуспешных странах, здесь активно ищут виновного в собственных неурядицах, коего находят в лице Соединенных Штатов, международных корпораций и вообще «мирового империализма». Общественные симпатии в стране двигались влево, все более популярными становились социалистические и коммунистические идеи, в шариковском «забрать и поделить» многие видели путь к решению всех своих проблем. Уже в 1964 году новоизбранный президент Эдуардо Фрей Монтальва (христианский демократ, кстати!) начинает мягкую национализацию (в форме принудительного выкупа) земли и медных шахт.

На президентских выборах 1970 года побеждает Сальвадор Альенде, кандидат от блока «Народное единство» – коалиции социалистов, коммунистов, радикалов и других левых и ультралевых сил. Большой друг Советского Союза, Альенде не скрывал, что его цель – построение в Чили социализма. Началась повальная национализация всех крупных и средних предприятий. В деревне происходили tomas — вооруженные бандитские самозахваты земли. Правительство заявило, что оно не будет этому противодействовать. Главным идеологом и фактическим руководителем Confederacion campesina, таких себе «комбедов», которые отнимали земли у латифундистов, был министр сельского хозяйства Кальдерон. Что характерно, захваченные земли не раздавали мелким фермерам, а пытались организовать на них что-то вроде колхозов. Вместе с землей «революционеры» пытались реквизировать и движимое имущество – например, скот. Пытаясь спасти свое имущество, владельцы начали массово забивать животных. Так, в первый же год было забито 130 тысяч. коров и отправлено на бойни еще 360 тысяч голов скота. Те, кто был побогаче и мог себе это позволить, перегоняли стада в соседнюю Аргентину. Правительство в административном порядке резко подняло зарплаты и заморозило цены. В условиях инфляции (которая только в начале 1973 года составила 353%) продавать товары по фиксированным ценам стало экономически невыгодно. Тогда режим создал т. н. Комитеты по контролю цен (Juntasde Abastecimientoy Controlde Precios), которые, разумеется, распределяли талоны в первую очередь среди активистов режима.

Отдельно стоит отметить Левое революционное движение (MIR). Прокубинская военизированная организация, насчитывавшая по меньшей мере десять тысяч боевиков и выступавшая за насильственное построение коммунизма, формально не входила в правящий блок, но пользовалась режимом максимального благоприятствования своей деятельности. Одним из лидеров движения был племянник президента, а организация вооружалась кубинцами (каждую неделю в столице приземлялись два рейса из Гаваны, которые в дипломатическом багаже привозили оружие. Таким образом в страну попало 4 тыс. автоматов).

Начиная с осени 1972 года страна оказалась на пороге анархии. Левые радикалы грабили банки, нападали на магазины и правоохранителей, запугивали судей, оппозиционных депутатов, общественных деятелей и просто несогласных. Водители, лавочники, юристы, клерки, банкиры начали всенародные акции протеста. Стачка грузоперевозчиков практически полностью парализовала транспортное сообщение и экономическую жизнь страны. Власть ответила репрессиями и конфискациями транспорта, а Сordones industrieles (такие себе реввоенсоветы, военизированные организации самоуправления на пролетарских окраинах чилийской столицы) выступили с заявлением, что они готовы взять на себя и торговлю, и транспорт.

Дожди над Сантьяго

Читайте также
Две Латинские Америки: популизм против реализма

22 августа 1973 года парламент Чили подавляющим большинством голосов принимает резолюцию, обвиняющую правительство в систематических нарушениях законов и конституции страны, приведших к краху правового и конституционного устройства республики. Альенде были предъявлены обвинения в авторитарных устремлениях и попытках уничтожить роль законодательной власти; в покушениях на свободу слова, арестах, избиениях и пытках оппозиционных журналистов и иных граждан; в покушениях на университетскую автономию; в покушениях на собственность; в незаконном преследовании забастовщиков; в терроре населения с помощью вооруженных банд; во введении в образование марксистской идеологии. В резолюции парламент призвал единственную неразвалившуюся и авторитетную институцию в обществе – армию – восстановить попранную законность и конституционный порядок в стране.

Военный переворот, имевший целью спасти страну от анархии, гражданской войны и революционных прелестей, начался в ночь на 11 сентября того же года на кораблях Военно-морских сил, которые участвовали в маневрах у побережья страны. Фраза «В Сантьяго идет дождь» (Llueve sobre Santiago), переданная по армейским радиостанциям, стала сигналом к началу мятежа. Рано утром 11 сентября Военно-морские силы высадили десант, захвативший город Вальпараисо: было арестовано несколько тысяч сторонников Альенде и введен комендантский час.

В 6:30 военные установили контроль над основной частью чилийской столицы, в том числе взяли под контроль пропрезидентские радиостанции. В 8:30 чилийские радиостанции прерывают утреннее вещание, чтобы сообщить, что армия берет власть в свои руки, чтобы предотвратить попадание страны под коммунистическое ярмо. Альенде дали время до 11 часов, чтобы сдаться. Так как ответа не последовало, в 11:55 авиация разбомбила президентский дворец. В 1:30 военные повторили свой ультиматум, дав на капитуляцию «целых» 4 минуты. Вышедших из резиденции прицельным огнем прижали к земле. Президент застрелился из автомата, который ему подарил лучший друг Фидель Кастро. В тот же день армия установила контроль над всей территорией страны. Было объявлено о создании Правительственной хунты Чили (Junta de Gobierno de Chile) – высшего органа государственной власти в составе руководителей основных родов войск – Главнокомандующего вооруженными силами Чили, командующих флотом, военно-воздушными силами и корпусом карабинеров. Бессменным руководителем Хунты стал главнокомандующий чилийской армии генерал Августо Пиночет Угарте. Оппозиционные политики, включая двух предыдущих президентов Чили (которые были умеренно левыми), публично поблагодарили военных. Также действия Хунты поддержали парламент и Верховный суд государства.

На следующий день, 12 сентября, стали известны имена 15 представителей вооруженных сил, из которых путчисты сформировали новое правительство. По своим политическим взглядам эти люди были либо центристами, либо умеренно-левыми.

13 сентября Пиночет, выйдя к прессе, заявил: «Я пользуюсь этой возможностью, чтобы напомнить всем, кто намерен противодействовать нам, нарушать установленный порядок и подчиняться приказам, поступающим из Москвы, используя для этого уважаемые институты власти, что я намерен пресекать все их попытки твердой рукой».

Были запрещены социалистическая и коммунистическая партии, зависимые от левых профсоюзы. Естественно, крайне жестко пресекалась деятельность прокубинских террористов MIR, всяческих Cordones industrieles, Confederacion campesina и прочих революционных «титушек». Методы борьбы с ними были крайне жесткими.

Читайте также
Бег по кругу, или Вечно «перспективная» Бразилия

Коммунистические пропагандисты, а также сегодняшние левые интеллектуалы и правозащитники рассказывают о терроре, якобы развязанном Хунтой, о десятках тысяч замученных и расстрелянных «рабочих» и простых обывателей. Некоторые уважаемые издания пишут о нескольких тысячах человек, которых ежедневно расстреливали на стадионе Сантьяго, о трупах, регулярно сбрасываемых с вертолетов в океан. Но это может быть преувеличением. Специальная комиссия Реттига, которая была создана в 1991 году и занималась подсчетом убитых за время правления Хунты по политическим мотивам, насчитала 2 279 человек. Чуть позже число было увеличено до 3 200. На самом деле не так уж много за 27 лет (119 человек в год), учитывая, что страна вела борьбу против возникшего класса «профессиональных революционеров», а одна только MIR насчитывала около 10 тысяч боевиков, многие из которых не пожелали сложить оружие. Сотни бандитов MIR сбежали на Остров Свободы, прошли там усиленную подготовку и с оружием высадились в Андах. Пиночет сбросил в туда парашютный десант и уничтожил бандформирования. Организация перешла к терактам — в частности, устроила покушение на главу государства. Для добычи денег профессиональные революционеры грабили банки. Всего за годы правления Хунты было уничтожено более шестисот боевиков MIR.

Многие жертвы режима не были боевиками, но были виновны в тяжких преступлениях во времена президентства Альенде, когда страна распадалась на части.

Кроме того, в список вошли не только боевики, убитые при перестрелках, но также гражданские жертвы этих перестрелок. Однако изюминка отчета – это то, что в число жертв включили также полицейских, солдат и представителей госаппарата, погибших от рук боевиков.

Вместе с тем упоминается, что акции DINA (тайной полиции, боровшейся с левыми экстремистами при Пиночете) были крайне эффективными и вместе с тем не затрагивали невиновных. «DINA продемонстрировала, — признает комиссия Реттига, — что она может наносить одновременно точечные и разрушительные удары. Точечные — в том смысле, что она ограничивала свою активность уничтожением тех, кого считала крайне левыми, в особенности членов MIR и связанных с ней групп и лиц».

И особенно симптоматично, что те, кто громогласно возмущается зверствами «пиночетовской военщины», почему-то в упор не замечают миллионные жертвы коммунистической системы в СССР и «Красных Кхмеров» в Камбодже, существующие поныне лагеря в КНДР и людоедские (без кавычек) режимы «императора» Бокассы и «последнего короля Шотландии» Иди Амина. Хотя будет справедливым предположить, что Пиночет расстрелял меньше людей, чем два упомянутых «монарха» съели.

Реформы с чикагским лицом

Читайте также
Рацио и абсурд венесуэло-колумбийского конфликта

Управляемость страной и конституционный порядок были восстановлены в считаные дни. Тем не менее экономическая ситуация оставалась катастрофической.

Для реформирования страны была сформирована группа молодых экономистов, которых назвали «чикагские мальчики» – 30 человек, последователей монетарной школы экономиста Милтона Фридмана. Под руководством Фридмана, часто посещающего Сантьяго, и при полной политической поддержке генерала Пиночета, «Чикаго-бойз» приступили к созданию в Чили классической либеральной экономической модели. Так, были резко снижены налоги и радикально сокращены социальные расходы. Бюджет был сбалансирован, государство отказалось от бесконтрольного печатания денег. Свобода экономической деятельности, отказ от любых форм госрегулирования стал краеугольным камнем чилийской экономической политики. Всячески приветствовались и поощрялись иностранные инвестиции, следствием чего стал приход в страну транснациональных корпораций. Наконец, был совершен переход к накопительной пенсионной системе.

Восстановление управляемости страной, решительная борьба с коррупцией, запрет левых организаций и упразднение профсоюзных объединений вкупе с решительной либерализацией экономики со временем дали фантастические результаты. Сегодня Чили – первая среди государств Латинской Америки по ВВП на душу населения, наименее коррумпированная и наиболее безопасная страна на континенте, место, где комфортно жить и работать. В рейтинге экономической свободы Чили на 7-м месте в мире (Украина – на 162-м), в индексе восприятия коррупции – на 21-м месте в мире, сразу же за Соединенными Штатами (Украина – на 143-м).

Достигнув нужного для страны результата, Пиночет в 1990 году передал всю полноту власти избранному гражданскому правительству, оставшись главнокомандующим вооруженными силами (до 1998 года) и пожизненным сенатором. В 1998-м, находясь на лечении в Лондоне, 83-летний генерал был арестован на основании ордера, выданного испанским судом. Августо Пиночет провел в Великобритании более пятисот (!) дней под «домашним» (в больнице) арестом, прежде чем власти страны решились отпустить больного старика в Чили. Впрочем, на этом травля Пиночета не закончилась. На родине Фемида лишила генерала неприкосновенности и возбудила ряд уголовных дел. Среди обвинений, помимо преследования политических противников, были и явно абсурдные и надуманные – например, торговля оружием, наркоторговля и уклонение от уплаты налогов.

Человек, создавший Чили, умер 10 декабря 2006 года, в возрасте 91 года. Многолетнему руководителю государства были оказаны лишь военные, а не государственные почести. В воинских частях были приспущены национальные флаги. Проститься с генералом пришли 60 тысяч человек. Не меньше чилийцев, а возможно, гораздо больше, устроили шумные ликования. Неудивительно: пляски на костях всегда были «сильной стороной» сторонников построения общества всеобщего равенства. Прах покойного был кремирован, а урна находится на территории дома семьи Пиночет в Лос-Больдос. Члены семьи бывшего чилийского лидера заявили, что не хотят хоронить генерала на кладбище из опасения, что могилу могут осквернить его политические противники.

Так что сторонники Пиночета не могут просто прийти к памятнику на кладбище и возложить цветы. Но им не нужно печалиться – наглядным памятником генералу является спасенная и созданная заново им страна.

18:44 15 Сентября 2015

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Присоединяйтесь:

Последние новости