Вот как выглядит карта коррумпированности стран мира:

Карта коррупции
Карта коррупции

А наши партнеры все больше убеждаются, что Украина на самом деле бороться с коррупцией не собирается. Водит западных партнеров за нос – и только. Я тоже убежден, что так и есть. Однако здесь нужно внести небольшую поправку: за нос наших партнеров водит не Украина – то есть все мы – а политический класс Украины. А если быть еще более точным, то – те, кого мы прекрасно знаем – наш Украинский клуб олигархов.

Однако все по порядку. В этом тексте я хочу:

— во-первых, показать, что коррупция является не одной из главных, а именно главной проблемой, которая тормозит развитие страны;

— во-вторых, изложить свою, возможно, для некоторых неожиданную, версию того, что мы обычно называем коррупцией;

Популярные статьи сейчас

ПриватБанк повесил на клиента огромный долг, гремит скандал: "возвращай, как хочешь..."

Смертельное ЧП на борту самолета, "спасти не удалось": подробности трагедии

Украинцев лишат субсидий: стало известно, кому не повезет

Беда случилась с украинским командиром на Донбассе: внезапно раздался взрыв, подробности

Показать еще

— в-третьих,  предложить системные способы ее преодоления.

Коррупция – мать порядка: как конфликт ГПУ и СБУ может принести пользу обществу

Но мы должны начать с того, что практически никто не осознает суть коррупции. А неправильное понимание природы явления приводит к тому, что с ним почти не борются. Как правило, ведут борьбу с последствиями коррупции: взяточничеством, вымогательством, хищением, растратой, фаворитизмом, кумовством, симонией, заговором и т. д. Этих последствий множество.

Что такое коррупция

Коррупция – от латинского corrumpere – «портить» – это испорченность, ломкость. Но испорченность, ломкость чего? Это испорченность, ломкость общественных институтов. Очевидно, что речь идет о дисфункциональности – они  не работают, работают неэффективно или не на благо тех, для кого они, в соответствии с общественным договором, созданы.

Но важно понять, что выгода – деньги, политические преференции или сексуальные услуги – появляются только на втором этапе, они следствие коррупции, испорченности общественных институтов. Коррупция как дисфункциональность общественных институтов первична.

Поэтому именно дисфункциональность, ломкость общественных институтов и является коррупцией, между ними можно поставить знак равенства: дисфункциональность = коррупция. Дисфункциональность не приводит к коррупции, а является коррупцией. Понимания этого фундаментального факта в нашем обществе нет.

О каких общественных институтах идет речь?

— В первую очередь это госучреждения, органы государственной, региональной власти и самоуправления.

— Политические институты — прежде всего политические партии и движения.

— Общественные институты — негосударственные общественные организации, фонды, ассоциации.

— Предпринимательские организации, которые, о чудо, также бывают дисфункциональными, а, следовательно, внутренне коррумпированными.

Коррупционерам тут не место: почему пустуют списки Минюста

Скажем:

— орган государственной, региональной власти или самоуправления не функционирует или функционирует неправомерно, удовлетворяя интересы некоторых участников общественного договора, а не всех;

— политическая организация функционирует неправомерно, удовлетворяя интересы части политической структуры, а не всех ее членов;

— предпринимательская структура функционирует неправомерно, удовлетворяя интересы не тех людей, которые являются ее владельцами или совладельцами.

Дисфункциональность бывает разного рода:

— казуальная —  возникла ситуативно, вопреки сознательной воле каких-либо людей или групп, но которой тем не менее пользуются для получения неправомерной выгоды;

— спровоцированная — сознательно заложенная в общественные отношения для получения неправомерной выгоды.

Этими видами дисфункциональности пользуются те, кто хочет получить:

— законную выгоду — например, выгоду от узаконенного лоббизма. Законно получаемая выгода регулируется законом и получается открыто на конкурентной основе;

— полузаконную выгоду – ритуализированное мелкое бытовое взяточничество, которое иногда становится даже «национальной традицией» или ритуалом, например, калым, магарыч, кумовство, землячество, непотизм и т. д. Получение полузаконной выгоды не регулируется законодательством, оно скорее регулируется традицией и может подвергаться моральному осуждению;

— незаконную выгоду — собственно через взяточничество, вымогательство, хищение, растрату и т. д.

Таким образом, все виды дисфункциональности государственных, политических, общественных и предпринимательских институтов — и казуальные, и спровоцированные – неизбежно будут использованы заинтересованными áкторами для получения законной, полузаконной или незаконной выгоды.

Осенний тест для правительства: готова ли власть бороться с коррупцией

О какой выгоде идет речь? Это не только деньги, о которых постоянно твердят наши журналисты. Это:

— преференции — получение неправомерного эксклюзивного доступа к государственным, политическим, общественным, предпринимательским ресурсам;

— привилегии — получение неправомерных привилегий и льгот;

Их еще можно классифицировать в соответствии с природой этих преференций и привилегий. А именно – мы можем выделить:

— материальную выгоду — неправомерное получение различного рода материальных благ;

— политическую выгоду — получение неправомерных политических выгод;

— сатисфакционную выгоду — получение неправомерных сатисфакций — наград, званий, а также удовлетворение от моральной расправы над каким-нибудь оппонентом.

Даже бегло очертив это огромное поле дисфункциональности, то есть коррупции, мы сразу же видим главную ошибку нашей общественной мысли, которая сводит коррупцию к простому взяточничеству. В то же время взяточничество является только следствием казуальной или спровоцированной дисфункциональности общественных институтов.

Какие главные инструменты борьбы с коррупцией?

Если коррупция = дисфункциональность общественных институтов, то борьба с коррупцией должна заключаться в возвращении общественным институтам их функциональности. Иными словами – в рамки легальных и всеми признанных и принятых регуляций.

Каковы эти регуляции:

— в сфере государства — это право;

— в политической сфере — политические договоренности;

— в общественной сфере — гражданские сделки;

— в сфере предпринимательства — внутренние контракты и соглашения.

Только создание действительно функциональных в нужном смысле этого слова государственных, политических, общественных и предпринимательских структур и может преодолеть коррупцию.

Залог для коррупционеров, или Почему взяточники на свободе

Тогда возникает следующий вопрос: а как должны появиться эти действительно функциональные структуры? Мы реформируем старые, пораженные дисфункциональностью, то есть коррупцией, структуры, или, может, создадим совершенно новые государственные, политические, общественные и предпринимательские структуры с нуля?

Здесь есть разный опыт:

Страны Балтии после распада СССР сразу начали творить совершенно новые структуры с чистого листа. Конечно, им было легче, в том числе из-за меньших масштабов стран и проблем. Тем не менее им удалось на своем уровне создать довольно функциональные, а, следовательно, мало коррумпированные структуры.

Зато Украина и большая часть постсоветских стран взялись реформировать старые советские структуры. Это «реформирование» продолжается в Украине уже четверть века! В результате наша страна стала одной из самых коррумпированных стран Европы.

Довольно красноречивым является опыт «реформирования» постсоветской милиции. Создание новой украинской патрульной полиции на данный момент показывает, что формирование новых структур с чистого листа является эффективным.

Однако это опыт точечный. А что делать с огромной судебной и прокурорской системами? Где взять такое количество квалифицированных судей и прокуроров? Ведь их квалификации несколько иные, чем квалификации патрульных полицейских. Как реформировать таможню и налоговую? Список можно продолжать.

Если последовательно перечислять все институты государства, которые не выполняют должным образом свои функции, то мы поднимемся и до уровня правительства, Верховной Рады и президента Украины.

Что это значит? Это означает, что все общество

— и его политическая система;

— и его общественная составляющая;

— и его предпринимательская составляющая

дисфукциональны – то есть коррумпированы.

Без коррупции: как не дать взятку при поступлении в садик и школу

И здесь по известному закону диалектики количество переходит в качество. Если всю эту дисфункциональность очертить одним определением, то должны с грустью констатировать, что мы имеем дело с основополагающей дисфункциональностью Украинской республики, в которой живем и которая является второй попыткой народа Украины построить функционирующие государство, политические, общественные и предпринимательские структуры, действовавшие в интересах всех участников общественного договора.

Клуб олигархов

 И здесь появляется новая тема – роль клуба олигархов (а это несколько человек или семей) в сохранении имманентной дисфункциональности Украинской республики. Не будет преувеличением утверждать, что они в наибольшей степени именно в ней — этой дисфункциональности  — и заинтересованы. Почему? Потому что только в этой системе только они имеют реальные рычаги влияния на формирование ситуации под себя, под свои интересы.

Все остальные, для которых инструментами должны стать государственные, политические, общественные и даже предпринимательские структуры имеют, дело с их дисфункциональностью, то есть ломкостью. Вот они и вынуждены решать свои вопросы через взяточничество, сбиваться в кланы, опускаться до бытового кумовства и непотизма. Таким образом олигархат загоняет все общество в коррупционные схемы. В результате в нашем обществе почти нет взрослых активных людей, которые, даже того не осознавая, не принимали бы участия в этом празднике коррупции. Таким образом формируется рынок коррупционных предложений.

Мафиози решают вопросы безопасности, потому что их не решает милиция.

Адвокаты заносят чемоданы денег в суд, потому что нет справедливого суда.

Студенты вкладывают в зачетные книжки несколько долларов, потому что нет справедливой оценки знаний…

Деолигархизация: замыслы и действительность

Перечень коллизий бесконечен. Рынок коррупционных «услуг» почти не имеет границ. И он разрастается.

А все почему? Потому что четверть века мы повторяем и повторяем безуспешные попытки вдохнуть новую жизнь в нефункционирующие постсоветские государственные структуры. Но при этом мы только заразили дисфункциональностью (коррупцией) политические, общественные структуры и даже предпринимательство.

Что же делать, чтобы преодолеть эту имманенту дисфункциональности (коррумпированности)? Очевидно, что творить новые государственные, политические, общественные и предпринимательские структуры. По сути, мы должны перезагрузить страну:

— переучредить страну на основе нового общественного договора, новой Конституции и роспуска или ликвидации пораженных имманентной дисфункциональностью органов власти;

— переучредить политическую сферу на новых началах, отбросить коррумпированные (а следовательно для нас дисфункциональные) политические конструкции, которые обслуживают олигархат и помпезно называются политическими партиями;

— очистить общественную сферу, которая тоже часто коррумпирована, то есть дисфункциональна;

— очистить сферу свободного предпринимательства через преодоление коррупционной олигархической системы власти в Украине, которая имеет своей основой монополию в различных сферах предпринимательства — главное в этой сфере добиться реальной конкуренции, что неизбежно приведет к большей (хотя и не идеальной) социальной справедливости и ее прямому результату — появлению широкого среднего класса.

Какие должны быть основные противодействия дисфункциональности,  которая порождает коррупцию?

— Открытость, публичность государственных, политических, общественных и в определенной части даже предпринимательских структур.

— Подконтрольность и изменчивость всех без исключения государственных, политических, общественных функционеров.

— Радикальное уменьшение регуляций, которые и являются источниками взяточничества.

Большие деньги любят тишину: краткая история одной неработающей системы

Однако, как видно из этого анализа, главным игроком, который заинтересован в сохранении дисфункциональности государственных, политических, общественных и даже предпринимательских структур, является тот, кто получает от такого положения дел наибольшую выгоду. А кто это? Может, врач, получающий государственную месячную плату в размере однодневной платы своего коллеги в Британии? Или преподаватель университета и, страшно сказать, сержант Петренко, который пасется на асфальте? Вовсе нет. Наибольшую выгоду от такой сплошь дисфункциональной, а следовательно, коррупционной системы получает клуб украинских олигархов. И он агрессивно делает все, чтобы такой status quo в Украине сохранился. Это и есть главный источник коррупции в Украине.

И еще один вывод: дисфункциональность государственных, политических, общественных и в определенной части даже предпринимательских структур является системной. Если раньше, в первые годы независимости, было много спонтанного, то на данном этапе господства в Украине, скажем иронически, «развитого олигархата» эта дисфункциональность является спланированной, ее закладывают не только в законы или другие регуляции, а, как видно из предложений к изменению в  Конституции с учетом децентрализации, и в сам Основной Закон. Предварительно, вспомним изменения в Конституцию «от Медведчука» 2004 года, было то же самое. И государство агрессивно настояло на своей дисфункциональности, а, следовательно, коррумпированности. Дисфункциональность  государственных, политических, общественных и в определенной части даже предпринимательских структур призвана обслуживать интересы клуба олигархов. И она его обслуживает.

Поэтому мы нуждаемся в полной перезагрузке всей страны. Такая перезагрузка страны в целом означает переход к III Украинской республике. Понимаю, что этот термин используется уже тоже едва ли не четверть века. Однако у меня речь идет не о сроке, который кто-то так или иначе использует, а о генерирующем названии для всех этих процессов возврата государственным, политическим, общественным и даже предпринимательским структурам их присущей функциональности. Если мы не сделаем их функциональными, то всякая «борьба с коррупцией» так и останется кампанейщина и имитация — на радость олигархата.