История еврейки из Одессы появилась на страницах The New York Times

Как сообщает Politeka, Любовь Билык в интервью NYT рассказала о том, как в 12 лет покинула Одессу, потеряла отца, и о своем переезде в США.

По словам 87-летней женщины, ее жизнь делится на два периода: до 12 лет и после. Когда Любовь была маленькой, она жила в обычной еврейской семье города Одессы, однако вторжение нацистской Германии вынудило ее покинуть родные места.

одесситка

«Мы не хотели уезжать оттуда. Моя бабушка, которая была парализована, обвиняла в этом себя. Она была уверена, что мы не уезжаем из-за нее. После ее смерти, мы уехали на Кавказ. Но с нами не поехал отец, ведь он должен был воевать в Красной армии», – вспоминает женщина.

Спустя два года на Кавказе, на одной из проселочных дорог ее остановил изможденный мужчина и спросил дорогу. Она сказала, как правильно пойти и продолжила свой путь.

«Затем он крикнул: «Люсенька!». Я обернулась и увидела, как мужчина широко раскрыл свои руки и спросил: «Люсенька, разве ты не узнала своего отца?», – говорит она со слезами на глазах.

Сегодня Любовь Билык живет в собственном доме в Бруклине, который она приобрела вместе со своим мужем Авраамом Штурманом. Со своим супругом она познакомилась еще в СССР, и в 1980 году вышла за него замуж. Дети мужа очень хотели переехать в США, а сама Любовь желала лишь стабильной жизни.

квартира

«Мы переехали в США в 1992 году, через год после распада СССР. Через десять лет умер мой муж», – рассказывает она.

Детям мужа 61 и 67 лет – сын Авраама живет в Нью-Джерси, а дочь — в Израиле.

«Передвигаюсь я с помощью костылей. Единственная связь с внешним миром — это телевизор», – рассказывает женщина, которая еле оплачивает коммунальные счета и страдает от болей в почках.

Сидя в своем кресле, одесситка почти ежедневно вспоминает жизнь в Украине. Воспоминания о родном городе отображены на картинах, которые развешены на стенах американской квартиры. Ее муж рисовал эти картины с открыток, которые они собрали вместе в США.

«Вот я и живу в окружении Одессы, и теперь я единственная, в ком остались эти воспоминания», – говорит она.