Тяжелая ночка для Путина

11 февраля 2015 г. в Минске встретились представители так называемой нормандской четверки: президенты Украины, России, Франции и канцлер Германии. Переговоры затянулись до глубокой ночи и закончились уже 12 февраля. Проходили они в достаточно напряженной обстановке, был большой риск, что и вовсе сорвутся. Так, во время встречи президент Украины Петр Порошенко неоднократно покидал переговорщиков, чтобы созвониться с Генштабом и уточнить информацию о военных действиях под Дебальцево (Донецкая обл.). Сам виновник торжества, затеявший авантюру с «ДНР» и «ЛНР», президент РФ Владимир Путин явно чувствовал себя на этих переговорах некомфортно – ерзал на стуле, мялся и отчаянно потел. Было похоже, что тройка европейских лидеров загнала его в угол – и сейчас его либо додавят, либо ВВП попросту сбежит со встречи. Спустя шестнадцать часов Путин предстал перед журналистами. «Это не самая лучшая ночь в моей жизни», – признался тогда президент РФ. По итогу переговоров лидеры «нормандской четверки» согласовали декларацию в поддержку комплекса мер по выполнению минских соглашений. Всего договор состоит из чертовой дюжины – 13 пунктов. Первый и главный – уже с 15 февраля в зоне боевых действий должна наступить тишина.

В Украине новость о «Минске-2» встретили неоднозначно. Часть политиков, журналистов, экспертов и блогеров восприняли подписание такого договора как «зраду». Мол, армия, вместо того чтобы двигаться и побеждать, теперь топчется на месте. Власть же идет на уступки сепаратистам: перекроит Конституцию, даст особый статус отдельным районам Донбасса, помилует вчерашних убийц и вновь взвалит на себя груз социальных обязательств перед людьми, которые ненавидят все украинское. Согласно самым мрачным прогнозам, «Минск-2» приведет не только к полной автономии «ЛНР» и «ДНР», но и перекроет Украине путь в Европу, заблокирует вступление в НАТО. За что, спрашивается, тогда погибли тысячи украинских военнослужащих? Любители теорий заговора продвигали другой месседж. Мол, Москва вступила в переговоры, чтобы связать руки Киеву, пока российские наемники штурмуют Дебальцево. Сепаратисты и РФ якобы стянули туда едва ли не все войска. Противник оголил тылы, самое время нанести удар. Порошенко же пошел на поводу у Путина и перечеркнул такую возможность.

В противовес «всепропальщикам» оптимисты говорили о блестящей дипломатической победе Украины. Мол, Порошенко и союзники наконец-то усадили Путина за стол переговоров. Вынудили играть по общепринятым правилам и даже навязали президенту РФ свои условия игры. К тому же, приехав в Минск, Путин де-факто признал Россию стороной конфликта, что также является важным сигналом для остального мира. Заметьте, акцентировали они, под документом, который согласовали лидеры «нормандской четверки», подписался посол РФ в Украине Михаил Зурабов. Теперь Россия несет полную ответственность за свои действия. (И здесь есть доля правды, ведь выполнение «Минска-2» теперь напрямую связано с санкциями против РФ.) Оптимистов радовал пункт о выводе иностранных вооруженных формирований и военной техники. Россия на бумаге подтвердила, что это ее войска в Украине. К достижениям адепты «перемоги» также относили тот факт, что руководство «ЛНР» и «ДНР» не присутствовало на основных переговорах. Александр Захарченко и Игорь Плотницкий прибыли в Минск позже. Подписались под договором, который утвердили без них. Там даже не указаны должности этих персонажей. К слову, после тяжелой ночи в Минске Путин жаловался прессе, что не смог вынудить Порошенко сесть за стол переговоров с сепаратистами («киевские власти до сих пор отказываются от прямых контактов»). Радовались оптимисты и тому, что Украина вернет контроль над границей (боевикам перекроют кислород), и выборам на украинских условиях под контролем международных наблюдателей. Все это ставит крест на проектах «ЛНР» и «ДНР». Ни о какой самостоятельности мятежных регионов речь не идет, и Путин с этим согласился. По итогу получили ни «зраду», ни «перемогу». К концу 2015 г. практически ни один из пунктов второго минского соглашения не заработал. Пройдемся по всей чертовой дюжине.

Основные провалы

Первый – о незамедлительном прекращении огня. С 15 февраля 2014 г. на востоке Украины должны были замолчать пушки. Этого не случилось. 16 февраля украинская сторона сообщала о 112 обстрелах позиций Вооруженных сил. 18 февраля сепаратисты взяли под контроль Дебальцево. То есть война не закончилась, хотя на протяжении года с каждым месяцем количество обстрелов уменьшалось. В начале октября 2015 г. Порошенко утверждал, что на востоке установился режим полной тишины и настоящее перемирие. Однако гарант традиционно выдавал желаемое за действительное. Режим полного прекращения огня не соблюдается и в наступившем 2016 году. Например, по данным пресс-центра штаба АТО, 11 февраля сепаратисты 53 раза открывали огонь по позициям украинской армии из минометов, гранатометов и крупнокалиберных пулеметов.

Второй пункт об отведении тяжелых вооружений также постоянно нарушается. Его следовало выполнить спустя полмесяца после прекращения огня – то есть уже в марте прошлого года. Однако на протяжении мая специальная мониторинговая комиссии ОБСЕ неоднократно сообщала, что стороны, несмотря на заявления об отводе, это условие не выполнили. 3 июня сепаратисты пошли в наступление под Марьинкой, ВСУ были вынуждены вернуть часть такого вооружения на передовую (о чем уведомили международных партнеров), чтобы отбить атаку. Это боевое столкновение – яркое доказательство того, что «Минск-2» не работает. В середине ноября миссия ОБСЕ снова рапортовала: не все оружие было отведено от линии разграничения. С началом года ситуация не улучшилась. Пресс-центр штаба АТО регулярно сообщает о том, как противник бил по украинским позициям из артиллерийских систем или танков.

Популярные статьи сейчас

Пополнение в семье Ротару, её сын впервые показал малышку: "Добро пожаловать..."

Перевод часов в воскресенье: куда нужно крутить стрелки и как адаптироваться быстрее

Полиция прервала выступление Кухар, судья "Танців з зірками" не сдержала эмоций: "Впервые в моей практике..."

Экс-домработница Пугачевой рассказала неизвестные подробности о ее детях и браке с Галкиным: "Страшно общаться"

16-летний победитель "Співають всі" заставил Винника, Могилевскую и других вскочить со своих мест: "Боже, как можно"

Показать еще

Четвертый пункт привязан ко второму. После отвода вооружений стороны должны начать диалог о проведении выборов в отдельных районах Донецкой и Луганской областей. Об избрании местных властей говорится и в пункте 12-м. Пройдут они по украинским законам с соблюдением стандартов ОБСЕ и под контролем представителей этой организации. Что же, диалог не задался. Сепаратисты отказались проводить выборы 25 октября, когда в Украине выбирали депутатов местных советов. Решили перенести народное волеизъявление на 2016 г. Дата пока не известна. «Мы никак не можем достичь договоренности», – сетует представитель Украины в трехсторонней контактной группе Леонид Кучма. Сепаратисты требуют особого статуса для Донбасса в Конституции, а уж потом готовы идти на выборы. Украинская сторона хочет, чтобы было все в точности наоборот. Экс-президент Кучма также говорил, что голосование на Донбассе невозможно, если там будут оставаться вооруженные люди и военная техника. А это значит, что для выборов сепаратисты должны выполнить пункт 10-й второго минского соглашения: «Вывод всех иностранных вооруженных формирований, военной техники, а также наемников с территории Украины». Противоположная сторона о нем даже не вспоминает. Киев его фактически выполнил. Там есть требование о разоружении «всех незаконных групп». Чтобы не было лишних вопросов, добровольческие батальоны перевели под крыло МВД и Минобороны.

Самым очевидным провалом «Минска-2» стало невыполнение девятого пункта. Там сказано, что к 2015 г. Украина вернет себе контроль над государственной границей. Именно через эту линию в 400 км, соединяющую «ЛНР» и «ДНР» с Россией, идут российские гуманитарные конвои. Беспрепятственно заезжают на нашу территорию с оружием, горючим, медикаментами и прочими «плюшками». Согласно соглашению, возобновление контроля над границей должно начаться в первый день после местных выборов. Они до сих пор не состоялись по указанным выше причинам. Кроме того, полный возврат границы возможен только после изменений в Конституцию, которые предоставят отдельным районам Донбасса особый статус.

Менять Основной Закон Украины требует 11-й пункт соглашения. Его выполнение полностью на совести Киева. Однако ни общество, ни парламентское большинство не желает, чтобы у Донбасса был особый статус. Попытки 31 августа 2015 г. переломать парламент через колено и все-таки поменять Конституцию привели к печальным последствиям. Коалиция раскололась – «Самопомич», «Батькивщина» и «Радикальная партия» были против. На следующий день фракция Олега Ляшко и вовсе покинула большинство. К тому же стихийный митинг под Радой закончился массовым кровопролитием. В правоохранителей бросили боевую гранату: пострадали почти полторы сотни человек, несколько скончались от ранений. Законопроект, расколовший общество, все же приняли, но чтобы поменять Конституцию, требуется 300 голосов. Их нет. Сейчас власть тянет время, откладывая это решение на потом путем всяческих юридических манипуляций. При этом Киев вполне может оправдывать отсутствие прогресса с особым статусом тем, что не выполнено множество условий, которые находятся выше 11-го пункта.

Не реализован пункт пятый об амнистии сепаратистов. Парламент еще в сентябре 2014 г. проголосовал за законопроект №5082, который запрещает преследовать и наказывать участников событий на Луганщине и Донетчине. Однако документ так и не заработал. В октябре прошлого года во время встречи в Париже Меркель вновь напомнила Порошенко о таком обязательстве Украины. В Администрации президента говорят, что новый закон не нужен, есть старый от 1996 года об амнистии. Его и достаточно. Ситуация усложняется из-за свежих требований сепаратистов, к которым иногда прислушиваются европейские партнеры. В октябре прошлого года президент Франции Франсуа Олланд предложил связать воедино вопрос помилования и выборов на Донбассе. Мол, оба процесса должны идти параллельно, а кандидатам в депутаты нужно предоставить иммунитет. Все это добавляет путаницу в урегулирование конфликта на Донбассе.

Шестой пункт об обмене заложников на основе принципа «всех на всех» привязан ко второму. Освобождение заключенных должно начаться на пятый день после отвода тяжелого вооружения. И потому он тоже не выполняется. Месяц назад в СБУ сообщали, что в плену у сепаратистов находится 131 человек. Их, скорее всего, больше. Судьба как минимум семи сотен остается неизвестной, если же верить данным, озвученным на Совбезе ООН, то счет пропавших без вести идет на тысячи. Не исключено, что кто-то из этих людей томится в подвалах сепаратистов. Принцип «всех на всех» за год второго минского соглашения так и не реализован. А обмен заложниками, который все же идет с переменным успехом, – это не результат минских договоренностей. Людей меняли еще до «Минска-1».

По совершенно понятным причинам Киев не спешит выполнять восьмой пункт о выплате пенсий, социальных переводов, дотаций. Рискованно отдавать деньги тому, кто купит на них оружие и пристрелит тебя. Поэтому по-прежнему действует старая схема. С оккупированных территорий на большую Украину регулярно приезжают пенсионеры, чтобы получить заслуженное. Со своей стороны сепаратисты также нарушают пункт восемь. Ведь под полным восстановлением социально-экономических связей с отдельными районами Донбасса предполагается и возобновление выплат налогов в украинскую казну. Руководство «ЛНР» и «ДНР», напротив, добивает бизнес, который продолжает отчислять деньги в бюджет Украины: либо платишь орлам русского мира, либо закрываешься.

С горем пополам, но работают

«Обеспечить эффективный мониторинг и верификацию режима прекращения огня и отвода тяжелого вооружения со стороны ОБСЕ», – сказано в пункте третьем минского соглашения. Учитывая, что первый и второй не выполняются сепаратистами, то и этот работает лишь частично. Украинская сторона пускает к себе международных наблюдателей, позволяет использовать все необходимые технические средства. Причем это играет на руку сепаратистам. Так, 1 февраля известный военный журналист Андрей Цаплиенко сообщил, что вышка с камерой ОБСЕ, установленная в Широкино, находится в тылу у морпехов. Видеосигнал поступает не только в Киев, но и в Донецк. «Наши – как на ладони», — писал он. При этом позиции сепаратистов не видны, а со своей стороны камеру ставить они не разрешают. Что и не удивительно. Власти «ДНР» и «ЛНР» регулярно отказывают представителям миссии ОБСЕ в допуске на свою территорию. Например, 5 января этого года международных наблюдателей не пустили в Коминтерново (Донецкая обл.), а 3 февраля стало известно о подобном инциденте под Первомайском (Луганская обл.).

Более-менее работает седьмой пункт. Согласно ему, стороны конфликта обязаны содействовать доступу и распределению гуманитарной помощи гражданским в районе конфликта. Напомним, в декабре 2014 г. добровольческие батальоны не пускали на Донбасс грузовики с гуманитарной помощью от Фонда Рината Ахметова. В 2015-м такие истории с украинской стороны прекратились. А вот сепаратисты неоднократно блокировали гумконвои. По данным Госпогранслужбы, 20 июля в Донецк не пустили гуманитарку от Красного Креста. Такая же история повторилась 13 декабря, только уже в Луганске. Единственные гумконвои, которые без проблем попадают на неподконтрольные Киеву территории, – от Путина.

Иллюзия обмена: почему так сложно вызволить украинских пленных

Заключительный, 13-й пункт второго минского соглашения – единственный, который выполняется. В нем говорится о том, что трехсторонняя контактная группа (Украина, Россия и ОБСЕ) по урегулированию конфликта должна активизировать свою работу, создать дополнительные подгруппы. Так и сделали. В мае были созданы подгруппы по безопасности, политическим социально-экономическим и гуманитарным вопросам. Однако, судя по тому, как в целом работает «Минск-2», вряд ли эти структуры выкладываются на все 100%. Например, гуманитарная подгруппа в январе несколько раз пыталась договориться с представителями «ЛНР» и «ДНР» об обмене заложниками, и все безуспешно.

Итого

Сразу же после подписания второго минского соглашения было понятно, что это мертворожденное дитя. В договоре содержались заведомо невыполнимые условия. Говорят, компромисс – это когда недовольны обе стороны, так вот это не тот случай. Лишь законченные оптимисты верили, что к декабрю 2015 г. Россия вернет Украине границу или заберет назад бронетехнику с «зелеными человечками». Сделай они это, квазиреспублики развалились бы за считаные недели. В свою очередь Украина явно не готова предоставить широкие полномочия Донбассу, полную амнистию убийцам и при этом содержать украинофобов, мечтающих взять Киев. Точнее, украинские власти пошли бы на определенные уступки. Например, Киев согласен помиловать тех, у кого на руках нет крови, или дать преференции определенным районам, но без возможности влиять на внешнюю политику государства. Однако Москва хочет большего.

Проблема «Минска-2» в том, что каждая сторона требует, чтобы одни условия были выполнены полностью, а с другими – повременили. Если бы пункты второго минского соглашения внедрялись в жизнь по порядку, тогда был бы какой-то свет в конце туннеля. Однако в этих договоренностях все смешано в большой клубок. Все нити переплелись, уже непонятно, какую нужно потянуть первой. Вторые минские соглашения не привели даже к намеку на решение конфликта, но хотя бы перевели его из горячей фазы в тлеющую. Да, на востоке Украины по-прежнему применяется оружие, гибнут военнослужащие и мирные жители. Единственный ощутимый результат «Минска-2» — масштабы боевых действий стали значительно скромнее. Людей больше не хоронят десятками. Бывают и вовсе выдаются тихие дни, без свежей крови. Кроме того, и украинское общество за этот год более-менее успокоилось: многие даже разобрали тревожные чемоданчики и поудаляли приложения с картой бомбоубежищ в родном городе.

В отличие от «Минска-1», который стал унижением для народа, но помог остановить дальнейшее наступление российской армии, «Минск-2» дал возможность Украине давить на Москву. Ведь выполнение этих соглашений напрямую связано с санкциями. А, как уже говорилось, немало пунктов для Кремля как кость в горле. Потому, невзирая на всю шаткость и нереалистичность «Минска-2», это пока единственный вариант решить конфликт мирно. Второе минское соглашение не работало в прошлом году и, вероятно, не выстрелит и в 2016-м. И все же Киеву есть смысл его держаться. Во всяком случае, до тех пор, пока нет уверенности, что государство готово к полноценным боевым действиям. И было бы чудесно, чтобы именно из-за Москвы, бездумных действий Кремля «Минск-2» окончательно провалился. При таком раскладе Запад лишь сильнее сожмет зубы на глотке Путина. Тогда у Киева появится шанс добиться еще более выгодных условий в новом соглашении. И уже условный «Минск-3» наконец-то поставит точку в этой войне.