Первый миф утверждал, что союзные войска отступали в панике, бросили все вооружение и буквально в нижнем белье были вывезены через Ла-Манш и Па-де-Кале в Англию. Во втором рассказывалось, что Гитлер, уже тогда замысливший нападение на СССР, пожалел англичан и остановил свои войска буквально в нескольких километрах от Дюнкерка. Тем самым, он не хотел большого унижения братского народа, как он назвал англичан в своей речи в июле 1940 года, и, таким образом, хотел склонить Лондон к заключению мира.

Все это так много раз повторялось, что в современной России принимается как не требующее доказательств. Не хотели англичане и французы вместе с бельгийцами и голландцами, а до них датчане и норвежцы, воевать с Гитлером и сдались под напором вермахта. Англичан же спас узкий, но, как оказалось, непреодолимый Ла-Манш (Английский канал).

Это не более чем пропагандистские легенды, в какой-то мере подпитываемые мемуарами гитлеровских генералов, пытавшихся снять с себя ответственность за провал первоначального плана разгрома англо-французских войск на берегу пролива.

В действительности положение союзных войск на плацдарме у Дюнкерка было действительно очень тяжелым, и вынужденная их эвакуация была проведена образцово. Многие военные историки относят «чудо Дюнкерка» к одному из важнейших эпизодов Второй мировой войны, оказавшее значительное влияние на ее ход и завершение.

Прижатые к морю

Наступление германских войск на западе началось 10 мая 1940 года. Оно развивалось настолько стремительно, что уже 14 мая капитулировала голландская армия, а правительство и королева выехали в Англию. Нидерланды продолжили борьбу, только в другой форме — в тесном взаимодействии с английскими, а потом и американскими войсками. Не только в Европе, но и на Тихом океане.

Популярные статьи сейчас

Галкин показал Пугачеву, гуляющую под вечерним снегом: «Снегурочка Аллочка!»

Не стало легендарной певицы, которая была королевой своего жанра: пережила тяжелое испытание

"Кричал, что люди должны бежать": взрыв прогремел на оживленной улице, больницы переполнены

Звезда "Танців з зірками" Гвоздева борется с болезнью и не может вернуться домой: "Господи, когда это кончится..."

Дорофеева после съемок "Голосу країни" застала дома неожиданную картину: Дантес оказался не один

Показать еще

Немецкие войска, наступающие через Нидерланды и Бельгию, рассекли левый фланг союзных войск, в основном французских, и окружили на побережье 10 английских, 18 французских и 12 бельгийских дивизий. По мере дальнейшего немецкого наступления, территория окруженных постепенно уменьшалась, но пока ничего не предвещало катастрофы. Более того, в Лондоне рассматривали план наращивания сил на побережье.

Характерно, что по мере сокращения площади плацдарма, сопротивление, в первую очередь, британских войск возрастало, а темп германского наступления уменьшался. Ситуация усложнялась отсутствием тесного взаимодействия английских и французских войск.

Танковая группа генерала Эвальда фон Клейста 20 мая вышла к Ла-Маншу у Абвиля. Хотя бельгийская армия занимала часть линии фронта, ее сопротивление слабело, и 28 мая она капитулировала. Закрыть этот участок обороны было просто нечем, и командующий британским экспедиционным корпусом генерал Джон Горт приказал отступать к Дюнкерку. Английские, французские и часть бельгийских войск, не сложивших оружия, вместе с голландцами оказались полностью окруженными и прижатыми к морю.

Германская авиация подвергла Дюнкерк мощной бомбардировке, город фактически выгорел, портовые сооружения были почти полностью разрушены.

Тем не менее, пока вопрос эвакуации остро не стоял, хотя генерал Горт обращался с таким предложением 18 мая.

эвакуация

Операция «Динамо»

В воскресенье 26 мая генерал Горт получил телеграмму от военного министра Антони Идена.

«…Вся полученная мною информация свидетельствует о том, что французы не сумеют предпринять наступление с рубежа Соммы… Создается такое положение, при котором решающее значение будет иметь сохранение английских экспедиционных сил. При таких условиях вам остается лишь единственный путь: пробиваться на запад, где все порты и побережье… будут использованы для погрузки. Военно-морские силы предоставят корабли и малые суда, а военно-воздушные силы обеспечат полную поддержку с воздуха».

Когда над союзными армиями в Дюнкерке нависла угроза катастрофы, потребовался человек, который сможет организовать эвакуацию окруженных. Им стал вице-адмирал Бертрам Рэмси (Ramsay), иногда его фамилию транскрибируют как Рамсей. Название операция получила по генераторному помещению Дуврского замка, в котором Рэмси составил ее план и обсудил с Черчиллем. Из этого же помещения он и командовал ходом эвакуации.

Рэмси оказался выдающимся командиром и организатором. Во время высадки союзников на Сицилии он координировал доставку 115 тыс. английских солдат — операция «Хаски». В июне 1944 года под его командованием успешно была проведена морская часть высадки союзников в Нормандии — операция «Нептун». Блестящий адмирал трагически погиб в авиакатастрофе в парижском аэропорту Орли в январе 1945 года.

По первоначальному плану предполагалось, что из Дюнкерка будут эвакуированы около 45 тыс. человек, в основном раненные и больные. Однако удалось значительно превзойти эту цифру.

Задачу с одной стороны облегчало, а другой затрудняло рассеивание войск вдоль узкой полосы побережья. Легче было в том смысле, что относительно небольшим группам было легче маскироваться и проще осуществлять посадку на суда. Сложность заключалась в том, что берег на побережье был очень пологий с большими отмелями, даже небольшие суда и катера не могли подойти непосредственно к срезу воды. Иногда до судов солдатам приходилось брести десятки метров в ледяной воде буквально по горло. Во время отлива выгоняли на обнажившееся дно автомобили, выстраивая их в цепочку, направленную к морю, и укладывая на их крыши наспех сколоченные деревянные мостки. В порту Дюнкерка уцелели два бетонных мола, каждый из которых выдавался в море больше, чем на километр — их и стали использовать для погрузки.

Англия бросилась спасать своих солдат и офицеров. К французскому берегу направились не только военные корабли, но также пассажирские суда, частные яхты, прогулочные катера, портовые буксиры и рыболовецкие лодки. Всего в операции «Динамо» участвовали 693 британских судна, из них 107 военных, 168 кораблей союзников, в основном французских, из них 49 боевых.


На корабли эвакуированные набивались, как сельди в бочку. Практически все тяжелое и крупногабаритное имущество пришлось оставить на берегу, в том числе 455 танков, более 80 тысяч автомобилей, мотоциклов и другой техники, 2500 пушек, 68 тысяч тонн боеприпасов, 147 тысяч тонн горючего и 377 тысяч тонн прочих припасов.


Корабли с эвакуированными шли в Англию тремя маршрутами. Самым коротким был «Z» — 72 км. Он проходил вдоль французского берега и длился около 2 часов. Однако был и самым опасным, так как корабли обстреливались с берега немецкой артиллерией.

Маршрут «X» был наименее опасным, хотя и длиннее — 105 км. Однако он пролегал в непосредственной близости от ряда мелей и минных полей, из-за чего мог использоваться только в дневное время.

Маршрут «Y» был наиболее длинным — 161 км — четыре часа пути вдалеке от минных полей, но транспорты постоянно подвергались атакам немецкого флота и авиации. Всего в операции «Динамо» было потеряно 243 корабля, в том числе 6 эсминцев английского и 3 французского флотов. В ходе эвакуации погибло и пропало без вести около 2 тыс. солдат и моряков союзников.

Как отмечалось, предполагалось, что эвакуация продлится 48 часов и будет вывезено 45 тыс. человек. Однако удалось вывезти 337 131 человек, из них 139,8 тыс. англичан и 139 тыс. военнослужащих союзных стран (около 90 тыс. французов, а также бельгийцев и голландцев). Последний корабль, британский эсминец «Сикарий», покинул французский берег в 3:40 утра 4 июня с приблизительно девятью сотнями эвакуированных на борту.

эвакуация2

Отметим, что примерно в это же время проходила эвакуация союзных войск из норвежского Нарвика — операция «Alphabet». Масштаб ее был несравненно меньшим, эвакуировали 25 тыс. человек, в том числе 400 немецких пленных, но и путь до британских островов был значительно длиннее под непрерывными обстрелами, атаками немецких подводных лодок и авиации противника. Эта эвакуация проходила в период затишья на фронте, так как союзники нанесли немецкой группировке ряд сильных ударов, и у противника просто не было сил помешать организованному отходу. Вывезли не только личный состав, но и тяжелое вооружение, боеприпасы и прочее имущество.

Миф «стоп-приказа»

Операция «Динамо» продолжалась не 48 часов, а почти девять суток. И даже после ее официального окончания еще около десяти дней англичане и французы на малых судах добровольно вывозили союзных солдат и офицеров. Так было эвакуировано еще несколько тысяч человек.

Советская пропаганда настаивала, что Гитлер остановил свои войска по политическим причинам. Хотя это никак не согласуется с фактами. Гораздо выгоднее было пленить английские дивизии и тем самым нанести Британии тяжелый моральный удар.

На самом деле немцы остановились по причинам чисто военного характера.

Когда 21 мая германские войска перешли в наступление, британская оперативная группа с 74 танками из 1-й армейской танковой бригады при поддержке частей 3-й французской механизированной дивизии нанесла контрудар, который пришелся по тылам 7-й танковой дивизии и моторизованной дивизии СС «Мертвая голова» в районе Арраса. Назавтра 23 мая 1-я французская армия также нанесла контрудар по направлению Арраса, что грозило танковой группе Клейста окружением.

Эта контратака вызвала переполох в немецких штабах. Танковые подразделения вермахта значительно оторвались от пехоты и могли стать целью серьезных атак противника. Все это заставило немецких генералов остановить наступление и ждать подхода пехоты. Посетивший штаб немецких войск Гитлер утвердил это решение директивой №13.

Контратака союзников навела генералов вермахта на мысль, что англо-французские войска будут удерживать плацдарм у Дюнкерка и к ним прибыло подкрепление. Это частично соответствовало действительности — 3-я британская танковая бригада высадилась во Франции 25 мая. К тому же в немецких танковых частях потери составили 50%, а значительная часть машин нуждалась в кратковременном ремонте. Кроме того, в районе Парижа находилась 400-тысячная французская армия, и в германском Генеральном штабе опасались удара в направлении Ла-Манша. То, что французские генералы и политики уже были готовы капитулировать, немецкие военные не вполне сознавали.

Гитлер не собирался жалеть англичан, у вермахта просто не было сил и средств помешать успешной эвакуации.

Ее успеху способствовало и хвастливое заявление Геринга, что он только самолетами сумеет разгромить союзников на плацдарме. Эффект бомбардировок был не очень значительным. Падающие в мягкий песок бомбы теряли свои бризантные свойства. Английская авиация из-за Канала не позволяла вести прицельное бомбометание. Ход воздушных боев показал, что люфтваффе имеет дело с достойным противником. Атаки были отбиты британскими истребителями, сбившими 130 немецких самолетов. Потери англичан составили 106. Все это летчики люфтваффе испытают в скором времени во время «Битвы за Британию» летом и осенью 1940 года.

Еще одно обстоятельство. Во время норвежской операции немецкий Kriegsmarine понес настолько серьезные потери, что фактически никак не мог существенно помешать эвакуации из Дюнкерка.

Конечно, утрата значительного количества военной техники ослабила английскую армию. Однако было спасено самое главное — люди. Обученные, с боевым опытом и имеющие возможность передать его тем, кто будет мобилизован.

Танки и пушки промышленность сделает, а вот людей спасли, не дали им попасть в плен к врагу. Страна была настолько воодушевлена успехом операции «Динамо», что в английский язык вошло выражение «дюнкеркское настроение» (Dunkirk spirit), означающее единство народа перед лицом страшной угрозы. В память об эвакуации был учрежден дюнкеркский флаг. Его поднимают только суда, участвовавшие в эвакуации. Таких сохранилось несколько десятков.

черчилль

Черчилль 4 июня 1940 года выступил в палате общин с речью, посвященной завершению операции «Динамо».

«Когда неделю назад я просил палату общин предоставить мне сегодняшний день для заявления, я боялся, что мне выпадет горькая доля объявить с этой трибуны о величайшем военном поражении за всю нашу долгую историю».

В конце своего выступления он сдержано сказал, что «ни в коем случае не следует приписывать этому событию значения победы. Войну не выиграешь эвакуацией».

До победы оставалось еще долгих пять лет.

Юрий Райхель