О новых правилах игры

Теоретически я могу быть кандидатом в президенты, но пока что решение съезда нашей партии практически означает только то, что мы как политсила, как команда не сидим и не ждем, когда будет старт президентской кампании, а он будет 31 декабря этого года, а стараемся выстроить систему — и правовую, и институциональную, и информационную, чтобы эти выборы были точно не российскими с точки зрения использования админресурса, чтобы не было фальсификаций, чтобы была реальная конкуренция и борьба не между кандидатами, а за стратегию, программу и конкретные действия в стране. Слово «участие» мы понимаем как то, что не начинаем избирательную кампанию, а определяем и обращаемся к научной общественности, политическим партиям, общественности активно это обсуждать.

Мы ужасно боимся, что это будет ярмарка тщеславия, денег и админресурса, как сейчас уже видим. Появилась политическая реклама, наружная реклама. Можно вообще кандидата в президенты не показывать, пусть он будет на Мальдивах или где-нибудь еще, а политтехнологи будут рассказывать, какой он хороший, что он делает. Борьба политической рекламы, админресурса, денег и медиа — это путь в никуда, это значит, что выборы виртуальные. Такие Украине точно не нужны.

Мы хотим сделать реальные выборы и максимально минимизировать борьбу власти и фриков, клоунов, которых власть будет использовать. Власть пытается к Петру Порошенко во второй тур завести человека, которого он точно победит. Поэтому сегодня происходят разнообразные манипуляции. У Администрации президента есть три таких кандидата: Олег Ляшко, Вадим Рабинович и Юрий Бойко. Ищут схемы, кого завести во второй тур, как каждый должен выполнить функцию ослабления реальной оппозиции. Реальная оппозиция, с которой мы сотрудничаем, это на сегодняшний день как минимум три кандидата: Юлия Тимошенко с «Батькивщиной», «Самопомич» с Олегом Березюком и Анатолий Гриценко с «Гражданской платформой».

Трудно сказать, что Ляшко — оппозиция, если Ахметов поставил своего менеджера руководить партией. Если напечатать биографию Рабиновича и разместить ее везде, возникнет много вопросов. Власть заинтересована иметь оппонентом во втором туре человека, у которого не один скелет в шкафу, а тысяча, или у которого большая зависимость. Например, у Бойко вышки, у Рабиновича — зэковская и прочая непростая жизнь и бизнес, а у Ляшко — много всего.

Популярные статьи сейчас

Экс-муж Ани Лорак Мурат увез их 9-летнюю дочь из России: "Соня, учи турецкий язык"

Сердючка устроила переполох в Турции, жена Кошевого все засняла: "Что так к ней мужики ходят..."

"Тайную жену" Олега Винника подловили с белокурой малышкой на руках: "Это классно"

Морозы нагрянут в Украину, регионы уже заметает снегом: где разгулялась стихия

Шевченко рассказал об уходе из сборной Украины: "Я хочу тренировать..."

Показать еще

Мы не хотим этот театр, который предлагает власть, а хотим, чтобы общество через экспертов, политиков выстроило свои правила игры. Наши правила игры: как можно быстрее внести изменения в закон о выборах, особенно в части ограничения возможностей власти. Должно быть ограничение политической рекламы, четкое прописание теледебатов, жесткая ответственность за использование админресурсов, денег и т. д. Не менее важная история, связанная с Центральной избирательной комиссией, которая как-то заглохла. Я здесь союзник своих политических оппонентов: «Народного фронта» и других политических партий — они хотят изменить Конституцию в части усиления роли правительства и парламента, а я говорю о том, что нам нужно хотя бы сделать парламентско-президентскую модель, чтобы она действовала.

Как это сделать? По меньшей мере в регламенте определить, что такое оппозиция и коалиция. У нас ни оппозиция, ни коалиция не узаконена. Сегодня премьер Владимир Гройсман договорился с бывшими регионалами — они проголосовали за бюджет, а Порошенко договорился с другими бывшими регионалами, чтобы проголосовали за кадровые назначения. Какая это коалиция? Коалиция — это четкий институт, который вместе с властью, несет ответственность. А оппозиция в принципе не может голосовать за кадровые назначения. Это потешные войска, а не оппозиция. Таких вещей много в настоящей парламентско-президентской модели, поэтому мы выбираем президента, понимаем, где его полномочия, а где мы его контролируем.

Не менее важная история — поставить точку в вопросе об импичменте президента. Достаточно одного закона о специальных следственных комиссиях. Как нам сделать, чтобы президентская избирательная кампания не была конфликтом, который переходит в жертвы, потерю территорий и т. д.? Сегодня очень важно на определенный период требовать от участников президентской кампании, чтобы они шли на пять лет, то есть на один срок.

О нелегитимности Путина

Сегодня власть не решится признать Владимира Путина нелегитимным президентом России. Решение будет звучать примерно так: мы осуждаем, признаем нелегитимным голосование в Крыму, ведь это украинская территория, которая была аннексирована Российской Федерацией, поэтому это голосование ставит под сомнение легитимность президента Путина.

Порошенко боится выйти из СНГ. Мы до сих пор члены. Из бюджета платим средства за пребывание в СНГ. Путин — председатель совета руководителей государств. О каком признании его нелегитимности может идти речь? Я сторонник не болтовни, а конкретных вещей. Если мы говорим, что выстраиваем независимую от России политику, то это и нужно делать. Абсурд нам быть в СНГ.

К российским олигархам из санкционного списка все ездят на фестивали: семья Порошенко, Луценко, наши модные певцы. С Михаилом Фридманом все дружат, хоть он и в санкционном списке. Порошенко проводил презентацию компаний, которые победили в конкурсе на проведение 4G, а там российский капитал. Сегодня на энергетическом рынке российский капитал является фактически монополией. Мы должны четко сказать, что российский капитал не может влиять на принятие экономических решений в Украине.

И Ангела Меркель, и Эммануэль Макрон уже среагировали на выборы Путина. Нужно быть наивным «урапатриотом», чтобы думать, что мир закроет его в Москве, он никуда не будет ездить. Давайте скажем честно: мир его признает. Он не стал «хромой уткой», но есть элементы «хромой утки». Есть Великобритания с достаточно жесткими решениями, Америка с санкционным списком. Украина, к сожалению, на сегодняшний день не может быть самостоятельным объектом переговоров. Мы составляющая западного мира. С Путиным нужно говорить в присутствии ключевых мировых игроков. Это совершенно очевидно.

Не понимаю, зачем с Путиным договариваться сам на сам, если российская политика со времен монголо-татарского нашествия — это политика обмана ради политических преимуществ. Я бы вел переговоры исключительно в «нормандском формате», в присутствии серьезных мировых игроков. Есть темы, которые касаются жизни людей, обмен пленными может быть предметом переговоров только между нами. Но договоренности геополитического и политического характера — это договоренности между ключевыми игроками мира. А вот «минский формат», где путинские шестерки ходят и что-то говорят, себя исчерпал.

Украина в экономическом, финансовом, политическом смысле не является самодостаточной, чтобы защитить свои интересы. Поэтому вынуждены увеличивать свою экономику, уменьшая независимость от России и сотрудничая с нашими союзниками.

О возвращении Крыма

У Украины сейчас есть как минимум два серьезных союзника, которые заинтересованы, чтобы Крым вернуть нам — это Турция и Великобритания.

Сергей Евтушок об оружии в парламенте и страшилках генпрокурора

Для Турции Крым всегда был сферой влияния, а Великобритания в свое время была союзником Турции в русско-турецких войнах. Англия очень много инвестировала в Крым в 19 веке, до того как полуостров стал российским. Например, Балаклава — это английский город, потому что англичане и часть Турции его контролировали.

Крым — историческая родина крымских татар. Нужно активно привлекать в переговоры о судьбе полуострова тех, кто заинтересован, кто инвестировал в эту территорию.

Серьезный политик не может говорить, что Крым будет областью Украины. Речь идет о специальном статусе этой территории в рамках Украины либо как крымскотатарской автономии, либо еще что-то.

Когда-то Сталин выселил крымских татар, а сейчас это же сделал Путин. Там сегодня пенсионеры-ФСБшники, которых Россия отправляет на пенсию у моря подышать. Значительное количество людей, которые остались в Крыму, не за нас, потому проукраински настроенные люди уехали оттуда.

Россия не согласится отдать Крым, но есть механизмы давления — это серьезные санкционные вещи. Если Донецкую и Луганскую области РФ удерживать легче, хотя и непросто, то Крым — фантастически тяжелая вещь. В свое время наши руководители, в частности гетман Павел Скоропадский, вернули Крым. Он был частью украинского государства. Скоропадский вернул его экономическими методами. Урожай 1918 года не могли никуда вывезти, он сказал: либо мы вам помогаем и вы уходите, либо нет. Поэтому санкции целого мира заставят Россию прагматически и экономически отказаться от Крыма. При Путине это будет нелегко. Это непростой путь. В годах это довольно большой срок.