Происходят ли на самом деле реформы в Украине, насколько быстро они продвигаются и когда их проведение было необходимо для государства, а также об опасности получить у власти популистов рассказал гость Politeka Online Сергей Таран, политолог.

Относительно успешности реформ в Украине

Видите, какой парадокс? Наши международные партнеры постоянно говорят, что в Украине происходит существенный прогресс с реформами. Где-то есть проблемы, они об этом тоже говорят. Но общая официальная позиция Европейского Союза заключается в том, что за последние 4 года Украина сделала столько реформ, сколько не делала за всю историю независимости. С другой стороны, в Украине люди ожидают, что реформы — это когда сразу всем должно стать хорошо.

Для граждан слово “реформа” означает, что власть сразу стала прозрачной и европейской, сразу появились высокие зарплаты, отличная система обеспечения охраны здоровья, образовательная реформа так заработала, что она не хуже, чем европейская. Поскольку это невозможно за такое короткое время, у людей складывается впечатление, что реформы не происходят. Поэтому когда кто-то за границей говорит, что у нас проблемы с реформами — это слышат все в Украине, а когда говорят, что с реформами все хорошо, на самом деле происходит много хороших вещей — в Украине это либо не слышат, либо не хотят слышать. На самом деле ситуация такова, что в Украине происходят реформы, которые мы должны были сделать еще в 90-х годах.

Популярные статьи сейчас

Ужесточение карантина с 28 сентября, кто из украинцев в зоне риска: "В течение следующих 14 дней..."

Неопрятная Волочкова опозорилась на вручении медали, забыв надеть лифчик: «Это очень приятное…»

«Восхищаюсь»: 73-летняя Ротару произвела фурор своим уникальным даром, не устояла даже Пугачева

Пенсионные сбережения превратились в "фантики": украинцам поведали о громком ЧП, как спастись

Показать еще

Например, энергетика. Мы сейчас избавились абсолютно от политической зависимости от российского газа, ведь покупаем голубое топливо через Европейский Союз. Этого никто не хотел делать раньше, потому что газовая труба — это был бизнес для президентов, премьеров, потому что из нее нелегально выкачивались очень большие средства. Также это был предмет торга с Россией, поскольку цена на газ всегда была политической, а в ответ на низкую цену на газ мы сдавали России заводы, фабрики, отрасли.

Речь идет о Харьковских соглашениях. Наконец мы от этого отреклись. В 2014 году мы сделали эту реформу, сейчас у нас поставки из разных источников.

Но цена на газ стала выше, тарифы выросли, поэтому граждане не понимают, что это за реформа такая. Но если бы эту реформу провели еще в 90-х, у нас уже не было бы этой ситуации. Если цена на газ не рыночная, а политическая — это всегда коррупция.

Реформа медицины и образования — это также те реформы, которые у нас начались очень поздно. Реформа медицины — это всегда сложно, потому что кто-то за это должен платить: либо работодатели, либо население, либо государство. Медицинская реформа насколько всеобъемлющая, что она требует много средств. Когда это переводится с государственного на реальный бюджет, на рыночные условия, то это, конечно, не всем нравится. Земельная реформа у нас, кстати, еще не начиналась. Образовательная реформа была проголосована. На самом деле у нас происходят реформы, но они запоздалые.

Во время реформ люди ожидают, что все произойдет быстро, но так не происходит. Такие действия вызывают огромное недовольство граждан.

Относительно критики реформ со стороны политиков

Еще древние китайцы говорили, что худшее, что можно пожелать человеку – жить в эпоху перемен. Когда происходят изменения, это всегда большой стресс для общества. В свое время, когда в Польше происходили реформы, Бальцерович делал шоковую терапию, то есть быструю, она продолжалась 4-5 лет, Польше простили все долги, поэтому им было легче, у них не было войны.

Когда Бальцерович делал эти реформы, его ненавидели. Его оценили только через 10 лет, когдба реформы закончились.

Мы сейчас говорим об успешной стране ЕС. А что же говорить об Украине, которая переживает войну, оккупацию? Мы не можем достичь успеха так быстро, поэтому любые действия вызывают сопротивление. Для власти очень важна правильная коммуникация по поводу реформ. Она, с одной стороны, происходит, потому что мы говорим о реформах образования и медицины. С другой стороны, некоторые вещи не делаются. Я, например, считаю, что политики, которые делают реформы, могли бы быть более жертвенными. Нужно показывать на собственном примере, что трудно всем. Тогда люди на эмоциональном уровне это будут воспринимать иначе. Нужно показывать готовность к самопожертвованию.

Иногда у нынешней политической элиты этого недостаточно, поэтому у людей возникает диссонанс: мол, нам плохо из-за реформ, а им хорошо. На самом деле высокие премии для чиновников экономят средства из бюджета, потому что тогда меньше коррупции. При условии, если чиновники живут на те средства, которые они зарабатывают. Это отдельная тема. Очень важно для политического класса показывать маячки, то есть маленькие истории успеха. Если происходит что-то положительное, хоть и небольшое, это дает людям надежду, что завтра будет лучше. Когда это связано с временными сроками, людям легче поверить, что реформы происходят.

Относительно опасности популистов при власти

Здесь есть и другой вызов. Да, политики могут проводить лучшую коммуникацию, показывать собственным примером, что они тоже готовы жертвовать. Но представьте себе: на выборы пойдут два политика. Один политик будет честно объяснять, говорить, что реформы происходят не сразу, а второй политик скажет, что если проголосуют за него, то он за год всех пересадит, проведет все реформы. Кого люди поддержат? В том и заключается парадокс, что они поддержат второго политика.

Что реформы не произойдут за год, люди потом поймут, но будет уже поздно, потому что проголосуют за него.

Если бы у нас политический класс имел монополию на коммуникацию, тогда бы все было легче. Но мы в нормальных демократических и конкурентных условиях, у нас есть огромная конкуренция с популистами, которые говорят, что все можно делать быстро, что все будет хорошо, что тарифы ни в коем случае нельзя повышать, а если проголосуют за этих людей, то тарифы автоматически в течение двух недель упадут. А о том, что это неправда и такое невозможно, люди не хотят думать. Для людей во время избирательной кампании в политике гораздо легче поверить в сказку, в чудо, чем самим исследовать ситуацию и делать честные выводы.

Конечно, нужно жестко критиковать и политиков, и власть, но всегда нужно задавать вопрос, что и кто является альтернативой, какие действия могут быть лучшими. Если такого ответа нет, то в результате критики приходят популисты, которые в действительности не делают никаких реформ.

Мировые примеры показывают, что если нет четкой альтернативы тому классу, который делает реформы, то приходят популисты, которые разваливают все. Поэтому для нас очень важно, критикуя политический класс за недостаточность коммуникации, неготовность к самопожертвованию, неумение показать во временном измерении, что и когда должно произойти, выдвигать на первые позиции тех людей, которые умеют что-то делать лучше, а не просто красиво говорить.

Я считаю, что к политикам нужно относиться как к тем людям, которых мы нанимаем для ремонта квартиры. Когда мы нанимаем таких мастеров, для нас важно, чтобы они умели хорошо делать свою работу, при этом неважно, умеют ли они красиво говорить. Если человек придет и скажет, что сделает красивый и дешевый ремонт в вашей квартире за неделю, то вы наверняка не поверите. Но почему-то, когда политики приходят и обещают нереальные вещи всей стране, мы готовы верить. К политикам нужно относиться чрезвычайно прагматично и жестко, тогда будет шанс, что у руля власти будут именно профессионалы, а не просто люди, которые умеют говорить.