Конфликт Эр-Рияда и Тегерана по многим признакам рукотворный и выражает обоюдное желание воевать, а не мириться. Каждая сторона реагирует на вызов стандартно, и просчитать эту реакцию не составляет труда. Так, погром в посольстве – народная забава иранцев, чуть ли не традиция. Когда-то силу обычая ощутил на себе Грибоедов, поэт и посол. Впрочем, это дело давнее. Но в 1987-м достается уже саудитам, в ходе погрома гибнет, выпав (?) из окна, их дипломат. Эр-Рияд тогда рвет отношения с Тегераном.

Саудовская Аравия казнит аль-Нимра в канун переговоров по Сирии (первый раунд запланирован на 25 января), а Иран не мешает погрому посольства.

Голый король

В королевстве аль-Саудов не все благополучно: объем добываемого сырья пока компенсирует неэффективность экономики, а головокружение от успехов (общее с другими нефтяными странами – Россией, Венесуэлой) ничто не сдерживает. Эр-Рияд активный игрок в регионе и тратит на оборону 10,4% от ВВП (четвертое место в мире). Но статус-кво не вечен. Дело даже не в падении цен на нефть, а в системных проблемах. В стране царит паразитический способ жизни: 60% рабочих, в т. ч. в нефтедобыче – иностранцы, сами саудиты предпочитают не создавать, а перераспределять доходы, их дело государева служба. Понятно, что кризис (а бюджет страны стремительно худеет) скоро поставит вопрос, кому не достанется синекуры.

Арабская весна приходит в королевство в 2011-м. Демократическому протесту, как почти везде, присущ конфессиональный характер: активнее борются за права ущемленные общины, в Саудовской Аравии это шииты. Они составляют большинство на востоке страны, там же, на востоке, главные месторождения нефти. Вполне логичен вопрос: зачем шиитам отдавать богатство своей земли суннитской монархии?

Шейх аль-Нимр – духовный лидер протеста. Оценить его программу непросто, информация скудна. Очевидно одно: шейх учитывает превосходство в силе Эр-Рияда и хочет договориться мирно, без гражданской войны, без жертв в общине. «Слова сильнее пуль», – говорит аль-Нимр, выражая открытость диалогу. Власть называет шейха агентом Тегерана: тот действительно учился в Иране, а потом в Сирии. С другой стороны, Bloomberg Business приводит слова шейха, сказанные на встрече с дипломатами США в 2008-м: «Иран действует из корысти, саудовским шиитам не стоит ждать помощи во имя религиозной общности». Корысть Ирана – ослабить соперника, гражданская война была бы кстати. Но саудовским шиитам выгоднее найти компромисс с властями, а не гибнуть в войне. Другое дело, что власти не готовы к диалогу.

Популярные статьи сейчас

ЧП с самолетом с украинцами: "сделал шесть кругов и...", первые подробности

Погода решила отомстить украинцам, дождь и морозы подпортят планы: кого ждет удар

Дочь Пугачевой после перелома пустилась во все тяжкие: "Копия мамы"

Главное за ночь: трагедия в семье Зеленского, новый отвод ВСУ и пощечина Путину

Показать еще

Казнь аль-Нимра – четкий сигнал шиитам – сидите смирно – и реверанс в сторону радикальных суннитов – мол, не только ИГИЛ бьет неверных. Однако есть непросчитанные риски.

В ответ на казнь аль-Нимра на его родине в Эль-Катифе вспыхивает протест. Правда, демонстрантов немного (около 1000 человек) и ввод в город БТР охлаждает их пыл. Но надолго ли? Аль-Нимр мог вести самостоятельную политику, но память о нем уже присваивает Иран – именно аятолла Хаменеи провозглашает казненного мучеником. Тем самым Тегеран создает зацепки для работы в Аравии. К слову, бороться умеют не только сунниты. У шиитов есть весьма успешная «Хезболла». Шейх этой организации Хасан Насралла также комментирует казнь: «Они (саудиты. – Ред.) говорят, что зарежут любого, кто против них. Либо живите как овцы, либо мы зарежем вас как овец». Что делать тем, кто хочет жить как лев? Идти на выучку к Насралле.

Радикальные сунниты, в свою очередь, против Эр-Рияда, т. к. дом аль-Саудов погряз в роскоши и разврате. Когда игиловцы говорят: «Посмотрите! Во что превратили Мекку, в отель на 10 тысяч спален?!» – это находит понимание. Режим уже отдалился от старого, доброго ислама, взять хотя бы участие женщин в последних выборах. Наблюдателю из Европы кажется иначе. Но еще в 1979-м ревнители веры захватывают Запретную мечеть в Мекке – «богоотступники» из дома аль-Саудов не имеют права на «святые» места.

Сами с усами

Дом аль-Саудов, как большинство режимов, разжиревших на нефти, амбициозен. Отношения Эр-Рияда и Вашингтона не укладываются в стандартную схему «сателлит – патрон». Строго говоря, так эти отношения видят только в Тегеране. Аятолла Хаменеи задает риторический вопрос: почему хозяева Эр-Рияда, пресловутые борцы за свободу, молчат? А демонстранты у саудовского посольства сжигают заодно флаги США и Израиля: ну погодите, сионисты! В Вашингтоне выпад саудитов вызывает тревогу – там опасаются, что тяжкий труд Джона Керри по сирийскому вопросу может пойти насмарку.

В Эр-Рияде любуются на плоды рук своих. «Хватит, – говорит дипломат в беседе с The Washington Post. – Тегеран снова и снова щелкает Запад по носу, спонсирует терроризм, запускает баллистические ракеты. США отступают перед Ираном, мы – нет». Саудовская Аравия не прощает Соединенным Штатам сделку по ядерной программе Ирана.

В середине декабря 2015-го (в канун резолюций ООН) создана третья антиигиловская коалиция – 34 суннитских страны под эгидой Эр-Рияда. Министр обороны Мухаммед бин Салман поясняет: в задачи коалиции входит борьба с Ираном и терроризмом. В сущности, цель коалиции – образовать единый суннитский фронт против шиитов. Есть одна проблема: как скрепить членов коалиции. Многие участвуют в общей борьбе с прохладцей.

Казнь аль-Нимра возвращает призрак шиитского бунта в суннитские монархии. В Бахрейне шииты выходят на улицы. В Манаме, столице Бахрейна, женщины в черном прикрывают лицо портретом шейха: «Мы все – аль-Нимр», – словно говорят они. Это вызов власти. В памяти у всех события 2011-го: не приди на помощь войска саудитов, местная суннитская верхушка утратила бы власть. Поэтому Манама идет в фарватере Эр-Рияда, вслед за «старшим братом» тоже выдворяет посольство Ирана.

Да, идет смотр рядов: Бахрейн и Судан рвут отношения с Ираном, ОАЭ вручают иранскому послу ноту протеста – мол, не лезь в дела дома аль-Саудов, Кувейт выражает поддержку Эр-Рияду. К слову, такой же смотр у шиитов: с осуждением саудитов выступают «Хезболла» в Ливане, хути в Йемене, экс-премьер Ирака аль-Малики. Поляризация мира ислама ведет к созданию двух военных лагерей – суннитов и шиитов. Что в известной мере делает Запад гостем на чужой войне. К примеру, Запад работает с Багдадом, но Ирака нет в коалиции суннитов.

Друг, с которым можно подраться

В одной песне поют: «С другом не будет драки, если друга нет». Эр-Рияд и Тегеран не друзья, но консерваторам в этих странах нужна драка (чтобы укрепить позиции) и драка будет. Уже идут прокси-войны в Сирии и Йемене.

Лето 2015-го – время тревог аятоллы Хаменеи. Прорыв на переговорах с «шестеркой» возрождает либеральные надежды в обществе. СМИ тогда публикуют интервью с прохожими на улицах Тегерана – многие, особенно молодежь, надеются на перемены: рост мобильности, деловые и научные контакты с США и Европой.

Борьба с Эр-Риядом позволяет сменить повестку дня, достать из сундуков старые слова – вроде сатаны. Вот образчик популярной риторики: «Саудовская Аравия и США в сговоре против нас, шиитов, – учит генерал КСИР Мохаммад Али Джафари, – их цель сеять в мире сатанинские идеи». Кругом враги, крепи оборону. Понятно, что в этих условиях либерализация откладывается.

Выводы

Мир неразумен, причем неразумие имеет некие типовые черты. В Москве громят посольство Турции, в Тегеране – Саудовской Аравии. Все ищут руку США. Тем временем консервативные режимы крепчают. Мир как будто застывает в статус-кво: да здравствуют вечные дрязги! Тот же генерал КСИР заявляет: борьба с суннитами идет 1300 лет.

Запад выглядит как будто дураком со своими проповедями: нужен диалог, а не казни. Правозащитники, в т. ч. из Human Rights Watch, Amnesty International защищали аль-Нимра как человека, диссидента (но не как шиита или агента влияния). Глупо? Нет, скорее глупы те, кто считает, мол, права человека – инструмент манипуляции. Дом аль-Саудов, казнив аль-Нимра, упускает возможность диалога со своим же народом и подкладывает под себя бомбу.

Тактически либерализация властям не выгодна, с ней приходит критика, а часто крах режима. Но стратегически нет другого способа создать устойчивые общности. Иногда цена таких новых общностей – развод, как в 1991-м в СССР. Однако в противном случае государство вечно беременно гражданской войной. Эр-Рияд пока сбивает температуру, но не лечит болезнь. Возможно, вылечить нельзя: пойди на уступки шиитам, взбунтуются сунниты.