Условия задачи

Время пожимать руки: истоки сближения Кубы и США

Обама позволяет себе неординарные шаги: сделка с Ираном, визит на Кубу — лишь некоторые из них. У этих шагов есть концептуальное обоснование: включение «изгоев» в экономическую жизнь мира запустит внутри них политические изменения, накопление демократических элементов, а демократизация превратит «изгоев» в друзей США. До некоторого времени стратегия Обамы выглядела как общий тренд американской политики, достаточно вспомнить рекламу иранской сделки: дескать, в Иране живет исключительно демократическая молодежь, жаждущая сказать «прощай, аятолла!».

Это «новое мышление» Обамы сейчас под огнем критики. Причем уходящего президента критикуют внутри демократического экспертного сообщества. Опять-таки концептуально суть претензий выражает Мандельбаум, в прошлом советник президента Клинтона по внешней политике, а ныне директор центра внешней политики Университета Джона Хопкинса. Выделю его основные тезисы:

  • существует железный закон борьбы государств за свои интересы;
  • трансформация обществ происходит по законам, присущим этим обществам, другими словами, для наблюдателя авторитарные общества — это «черный ящик», неизвестно что внутри, но можно спрогнозировать реакции на раздражители;
  • нужно ставить перед собой решаемые задачи: не пересобрать авторитарное общество («черный ящик»), а сдержать его.

Отсюда «новое мышление» Обамы как чреда ошибок: к примеру, «ядерная сделка» не демократизирует Иран, но наносит ущерб способности США сдержать этот «черный ящик». Но что нам до Ирана, скажет украинский читатель, в этих тезах есть кое-что поинтереснее, например «сдерживание». Раз закон борьбы государств железный – значит, США обязаны сдерживать, и не кого-нибудь, а Россию. Так что Украина в плюсе. Правильно, если бы не одно «но».

Г-н Мандельбаум мыслит, подчиняясь не только логике, но также предрассудкам. Процитирую его: «Сдерживание означает сохранение Южно-Китайского моря в зоне интересов США, но уклонение от провокаций России, имеющей законные (!) опасения по поводу своих границ». То есть опасения Китая по поводу границ – незаконные, а России – законные. Корни предрассудка уходят в ту пору, когда «большая тройка» (Сталин, Рузвельт, Черчилль) делила мир. Тогда Россия была партнером по дележу, а Китай – тем, что делят. Конечно, сам эксперт не отделяет предрассудок от логики: для него предрассудок – логическое следствие из посылок. Железный закон борьбы существует для всех государств, а значит, Россия, нападая на Украину, повинуется тому же закону, какому повинуются США, сдерживая Китай в Южно-Китайском море. Этот законный интерес США обязаны учесть.

Новая realpolitik – дитя старых экспертов, сделавших себе имя во время холодной войны. Эти эксперты по-прежнему видят мир разделенным на сферы влияния. А что им возразить?

Популярные статьи сейчас

Расстроенная Ротару поделилась редким архивным фото своей мамы: "Светлая память"

Судья "Співають всі" после скандалов с Приходько и Могилевской "наехал" на Пономарева: "Плохой человек..."

Украинцам повысят выплаты до 50 тысяч: кто получит больше остальных

Тина Кароль показала, как отжигает с красавчиком, чей брак трещит по швам: "Я так решила..."

Первый вылет из "Танців з зірками", решение судей ошеломило зрителей: "Не верю, что за Джамалу больше проголосовало"

Показать еще

Переменная «Россия»

Эксперты в Украине исследуют нутро России: то, как там не работают институты нормального демократического общества. Посмотрите, говорят они, Россия движется в сторону Сталина, какие еще нужны аргументы против нее. Но в realpolitik а-ля «черный ящик» это не аргумент: пусть внутри Россия – большой дурдом, важно, что вовне ее действия вписаны в железный закон борьбы государств за свои интересы. Россию признают хотя враждебным, но субъектом геополитики.

«Решение Вашингтона усилить силы НАТО в Восточной Европе вынуждает Москву реагировать агрессивно», — пишет в Foreign Policy еще один, менее именитый эксперт Джефри Тейлер. Одним словом, Москва – враг, но ее можно понять – таков новый тренд, опасный для Украины.

Переменная «Украина»

Украина без Яценюка: обзор иностранных СМИ

Начну со стиля: тон, каким пишут об Украине, отличается от тона, каким пишут о России. Возьму свежие примеры. Вчера, 14 апреля, в Foreign Policy был, можно сказать, украинско-российский день, статьи или об Украине, или о России. Об Украине пишут: «Вредно нянчить Порошенко», «нянчить» — ключевое слово. А вот о России: «Слова Медведева об угрозе новой холодной войны не абсурд. Пришло время для нового взгляда на проблему Россия — НАТО». Так уважительно о Медведеве не пишут даже в России. Тон уже подсказывает грустный вывод: Украина, в отличие от России, в глазах американских экспертов не субъект.

Тон не единственное отличие. Россию уже берут в аспекте «черного ящика», когда важны лишь внешние реакции. А Украину – еще в старой обамовской парадигме, когда важен внутренний процесс демократизации. Как нетрудно догадаться, Украина этой парадигме не делает чести. Приведу пару цитат. «Яресько, уроженка США, знает ответы на экономические и политические беды Украины, но деловые и политические элиты страны борются за статус-кво», – отмечает издание. Или из другой статьи: «Человек, стоящий в центре проблемы коррупции – Порошенко». Смысл ясен. Украина сделала все от нее зависящее, чтобы опровергнуть гипотезу Обамы о возможности внутренней демократизации с помощью Белого дома. Шлют США на помощь бедняжке свою уроженку Яресько – а Украина отбрыкивается, не хочет реформ. Единственный, о ком еще пишут с уважением, – украинский народ. Но народ не государственный институт, не Министерство обороны и не Минфин, с ним не взаимодействуют, ему не отправляют военную или финансовую помощь.

Тенденции

В США намечается смена концепции внешней политики: от внутренней демократизации контрагентов к взаимодействию с ними по принципу «черного ящика». Эта смена невыгодна Украине, поскольку (хотя и вопреки логике) realpolitik а-ля «черный ящик» включает признание «законных» прав России. Но власть в Украине сделала все возможное, чтобы дискредитировать «новое мышление» Обамы, упорно сопротивляясь демократизации.