— Генеральный секретарь Совета Европы Турбьерн Ягланд заявил, что стоит подумать об отмене санкций касаемо Российской Федерации, введенных за агрессию против Украины, чтобы та вдруг не вышла из состава СЕ, ведь это скажется на защите прав человека в России. О чем это говорит?

— С высокой вероятностью Российская Федерация после Нового года может вернуться в зал ПАСЕ. Популярное мнение, что это связано с бюджетом организации, ведь размер российского взноса составляет около 25 млн евро, поэтому Совет Европы не хочет потерять эти средства. На самом деле вопрос не только в деньгах. Это скорее своеобразная организационная логика толкает их к принятию такого решения. ПАСЕ хочет сохраниться, как влиятельная площадка. Понимают, что без России они будут менее влиятельными. Все таки пребывание РФ играет определенную роль.

Другое дело заявления украинской делегации. Часть представителей уже говорят, что если Россия вернется в ПАСЕ, то они выйдут оттуда. Это недопустимо. Это неконструктивная позиция. Было бы лучше, если бы они не делали таких громких заявлений, потому что может так случиться, когда РФ действительно вернется, придется либо выходить, либо продолжать не отвечать за свои слова. К тому же украинская делегация состоит из депутатов из разных фракций. Есть представители от «Оппозиционного блока». То есть, скорее всего, позиция украинской делегации в этом вопросе тоже не будет полностью одинаковой.

— Постпред Украины при Совете Европы Дмитрий Кулеба сказал: «Открытые и четкие сигналы такого высокого должностного лица как генсек, являются игрой на максимальное поднятие ставок. Соответственно, сейчас речь идет о том, чтобы любыми правдами и неправдами сформировать коалицию в поддержку возвращения России в ПАСЕ, даже ценой разрушения ценностей и механизмов влияния СЕ». Итак, Кулеба считает, что возврат РФ — это разрушение ценностей. Вы считаете, что нет. Это для того, чтобы система лучше работала.

— Апелляция к ценностям в контексте европейской политики не совсем работает. Европейские политики преимущественно понимают ценности в более прикладном, организационном смысле.

Африканский сценарий для Путина: кто заменит диктатора Мугабе

Украинская делегация могла бы делать акцент на том, что если Россия вернется, взамен должны получить что-то другое. Например, усилить свои позиции в ПАСЕ. Пока складывается впечатление, что часть наших политиков говорили, что ПАСЕ – очень важная для Украины организация, до тех пор пока она отвечала их интересам, например, когда принимали резолюции по Крыму. Как только эта организация начала принимать резолюции не в наших интересах, например, последнюю, которая касается закона о языках – слышим, что ПАСЕ – это просто площадка для дискуссий и никакой важной роли не играет.

На самом деле надо оценивать что-то, а потом делать демарши. Совет Европы же не отказывается от своих резолюций, касающихся целостности Украины, Крыма. Они остаются. Считаю, что присутствие России лишь позволит лучше мониторить или контролировать возможность выполнения этих резолюций.

Популярные статьи сейчас

Тарзан в халате показал, благодаря чему соблазнил Королеву: "Хочешь женщину любить..."

О состоянии больной раком Заворотнюк проговорились врачи, скрывать нет смысла: "останется такой навсегда"

Фаворит Данилко раскрыл пикантные детали личной жизни: "Да плевать абсолютно..."

Победительницу «Танцев со звездами» спустили с лестницы: близкий человек сделал невообразимое

Показать еще

— 14 ноября было голосование в ООН по ситуации с правами человека в Крыму. Видели, что Россия не поддерживала эту резолюцию. То есть Российская Федерация входит в ООН и голосует против. Имеет право вето. Чем тогда присутствие России в ПАСЕ поможет людям с нарушенными правами в том же Крыму?

— По крайней мере, это может означать площадку для дискуссий. В последнее время их количество кардинально уменьшилось: в Украине нет посла в России, Россия не имеет посла в Украине. То есть с РФ общаемся или на уровне каких-то заместителей министра отдельных посольств, или через контактную группу. ПАСЕ может стать дополнительным местом для дискуссий. Чем их больше, тем лучше. Сможем обмениваться определенными сигналами с Россией, потому что, так или иначе, нам надо коммуницировать.

Не секрет, что сейчас готовится проект резолюции относительно введения миротворцев на Донбасс. Есть высокая вероятность, что этот проект будет на базе российского, который РФ уже внесла в Совет безопасности ООН. То есть коммуницировать с Россией нам необходимо.

Виборы-2019: Вакарчука и Зеленского в президенты

Присутствие России в ООН Украине в принципе не мешает. Мы же не говорим, что выходим из ООН, потому что там есть РФ. Принимаем правила игры. Если говорить о ПАСЕ, здесь такой же принцип. Надо максимально использовать все площадки для усиления позиций Украины, но при этом не делать катастрофы из того, что там есть Россия.

— В Украине сейчас уже который раз говорят, что надо разрывать дипломатические отношения с Россией вообще. Возможно ли будет решить все эти конфликты без дипломатических отношений?

— Точно нет. Скептически отношусь к разрыву дипломатических отношений с РФ. Это только ухудшит ситуацию и с контактами, и с гражданами, которые находятся на территории России. Такой шаг никоим образом не поможет нам в контексте продвижения Минских соглашений. Более того, например, в контексте нормандской группы, если разорвем дипломатические отношения с РФ, нам нужна будет третья страна, через которую сможем коммуницировать. В свое время, Грузия сделала такую ошибку и разорвала дипломатические отношения с РФ. Им пришлось общаться через Посольство Швейцарии. Когда-то я присутствовал на встрече с грузинским министром, который занимался похожим вопросом оккупированных территорий. По его мнению, большая проблема грузинских нюансов о реинтеграции территорий заключалась в том, что они мало коммуницировали. Украине не стоит повторять эту ошибку.

Разумеется, нашим политикам нравится делать пиар на разрыве дипломатических связей с Россией. Но в реальности, это просто даст сигнал нашим западным партнерам, что мы не готовы двигаться в направлении выполнения Минских соглашений. Это будет означать, что мы готовы еще больше усиливать напряжение в отношениях с Россией. В конечном итоге, это может привести к представлению, что мы готовы выходить из «Минска».